Он уселся на веранде, курил сигарету за сигаретой и ждал рассвета…

* * *Открывать глаза было страшно, казалось, что от солнечного света голова заболит еще сильнее. Хотя куда уж сильнее… Господи, зачем она вчера так напилась?! Алиса приоткрыла один глаз – оказывается, все не так страшно, шторы на окне были плотно задернуты, в комнате полумрак, можно открывать второй глаз…

Панкратова в спальне не было. Сбежал.

Алиса его понимала, она и сама собиралась сбежать.

Зря они… Теперь будет во сто крат тяжелее жить. И ведь нужно еще где-то найти силы на ненависть, чтобы все было, как раньше, – ясно и понятно.

Надо сходить к Зинон, покаяться в своем грехе. Подруга всегда могла ее утешить одним только взглядом. Что же она так долго не возвращается? Скоро два месяца, как ушла…

А все из-за Панкратова! Если бы он уступил им магазин на Кутузовском, у Зинон появился бы стимул. Алиса села, сжала виски руками. Вот она и вернулась, ее подружка-ненависть, и ждать долго не пришлось…

Панкратов нашелся в кухне. Он сидел за столом, вертел в руках разделочный нож. Тоже раскаивается? Может, решил исправить ошибку радикально: сначала ей кинжал в сердце, потом себе по венам…

– Как спалось? – спросил он, не оборачиваясь.

– Нормально, – сказала она, поежившись: из распахнутого настежь окна тянуло утренней прохладой.

– Есть будешь?

– Нет.

– Ясно.

– Новости смотрел?

– Двадцать четыре человека.

Она сжала кулаки, обожженные ладони отозвались болью. Они с Панкратовым – везунчики, им удалось выжить.

– Мне нужно домой.

– Я вызову такси. – Он так и не обернулся.

– Мое платье порвано.

– Что ты предлагаешь?

– Это ты его порвал, – сказала Алиса с нажимом.

Панкратов резко встал, ухватил ее за рукав, потащил вверх по лестнице, втолкнул в одну из комнат, распахнул шкаф, рявкнул:

– Выбирай!

Шкаф был забит женской одеждой.

– Это ее вещи? – Алиса не хотела спрашивать, но все равно спросила.

– Это вещи моей матери, – отчеканил Клим. – Переодевайся, я пошел вызывать такси.

Рыться в чужих вещах не хотелось, Алиса, не глядя, выбрала джинсы и хлопковый свитерок. Одежда была ей чуть великовата, но это такие мелочи…

Панкратова в доме не было. Дверь, ведущая во двор, оказалась распахнутой. Алиса вышла на крыльцо, осмотрелась. Клим стоял у бассейна, смотрел на воду и курил. Алиса нервно поежилась: бассейн навевал неприятные воспоминания. Она ведь так и не научилась плавать. После того случая десятилетней давности она панически боялась воды. Зинон сначала пыталась бороться с этой фобией, а потом махнула рукой, заявила, что каждый человек имеет право на свою персональную дурь.

– Такси скоро будет. – Клим встретил появление Алисы рассеянным взглядом.

– Я надела вот это. – Она старалась быть вежливой.

– Дело твое.