– Но это не помешало таким выдающимся политикам, как Рузвельт и Черчилль, пойти на сотрудничество со Сталиным, – напомнил Дронго."
"– В политике иногда бывают подобные кульбиты, – вздохнул его собеседник, – враг моего врага – мой друг. Вспомните, как мы в семидесятые годы начали укреплять наши отношения с Китаем. Это вызвало буквально истерику в московских коридорах. Теперь примерно то же самое делают уже современные российские политики. Их показательная дружба с Китаем направлена острием против Соединенных Штатов, в этом мы можем не сомневаться. Я вижу, вы действительно неплохо изучили мою биографию и мои работы.
– Когда речь идет о вашем клубе и вашем противостоянии с масонами, невольно приходится вспоминать историю, – улыбнулся – Дронго.
– Наше основное противоречие очевидно, – напомнил ему Политик. – Мы, конечно, не являемся мировым правительством, но не скрываем, что изо всех сил поддерживаем стабильность существования традиционной объединенной Европы и ее союза с Америкой. Мы поддерживаем финансовую политику ведущих государств мира, координируем наши усилия, пытаемся избежать глобальной финансовой рецессии.
– И как только Стросс-Кан попытался выступить в защиту этих принципов, его немедленно убрали? – спросил Дронго. – Извините, если вопрос показался вам слишком откровенным.
– Он показался мне неуместным, – недовольно заявил сидевший в кресле Политик.
Дронго понял, что его собеседнику не понравилось упоминание о Стросс-Кане в контексте их беседы.
– Продолжайте расследование, но не увлекайтесь, – предупредил Политик, хлопнув ладонью по колену, – и будьте осторожны. Мне рассказали, как вчера вы чудом избежали смерти.
– Нет. У меня есть свой помощник. Спасибо. Мне достаточно.
– Я хотел вам сообщить последние известия, – сказал в заключение Политик. – Наш Джордж все-таки проверил сотрудников клуба. Всех троих, которых мы подозревали. Шефера, Альдини и Лоусона проверили на детекторе с использованием этого лекарства, которое так развязывает языки.















Комментарии
Добавить комментарий