Как, судя по всему, сейчас и произошло: сам танк не так уж сложно отремонтировать, а вот с экипажем кончено…

Куда-то мой ординарец запропастился, хотя сейчас он мне, при двух посыльных, не особенно и нужен…

Мать вашу так! Немцы горохом сыпанули из всех почти кузовов, только в двух остались сидеть, как сидели. И двинулись в городок по трем продольным улочкам – цепочками, очень осторожно, держась у стен. Следом по тем же улочкам двинулось по бронетранспортеру, а по двум еще и по танку.

Тут и гадать нечего – началась серьезная атака. Тот, кто у немцев командовал, рискнул парой танков – не исключено, у него был приказ типа «любой ценой!». Оставил резерв, посмотрит, как пойдут дела у наступающих, и, чего доброго, в бой и резерв бросит. И будет нам полная хана. Да и сейчас придется несладко, при полном отсутствии у нас противотанковых средств…"

"Наши, закрепившиеся в домах, противника еще не видели – и я отправил одного из посыльных доложить обстановку. Едва он выбежал, объявился Паша, мой ординарец. Оказалось, комроты просит (ну да, не может же он мне приказывать) взять мой «Виллис». Чтобы вывезти Клементьева в соседний городок, где остался медсанбат. Клементьев, оказалось, кинулся навстречу отступающим бойцам, искать своих взводных – и получил осколочное. С ним совсем скверно, нужно бы в медсанбат… Есть еще несколько тяжелых, но на задних сиденьях поместится лежа один-единственный человек, в таких случаях положено спасать в первую очередь старшего по званию, у войны свои законы, жестокие…

Я, конечно, разрешил: ни к чему мне сейчас ни машина, ни ординарец… Немцы осторожненько продвигались вперед, пока что не стреляла ни пехота, ни пулеметчики, не видели целей. И наши по тем же причинам пока молчали. Если и дальше будут продвигаться такими же темпами, через несколько минут моя башенка окажется в прямой видимости танкистов. Эсэсовец меня уже засек, а расположившегося где-нибудь на верхотуре наблюдателя положено накрывать в первую очередь. Это азбука войны. С первого снаряда могут и не попасть, но вскоре НП придется покинуть…

Тут влетел ефрейтор, закричал с порога:

– Товарищ майор, Первый приказывает: всем немедленно отступать в расположение батальона!

Ну что же, комбат верно оценил обстановку и понял, что при таком раскладе всех нас тут передушат, как цыплят. А приказа держать городок любой ценой у него явно не было. Как-никак не сорок второй и даже не сорок третий, когда вовсю гремело: «Ни шагу назад!», теперь можно и поберечь людей, а командирам – отступать без письменного приказа…

Я сбежал вниз, отыскал ротного и передал приказ. Он ничего не сказал, но в глазах мелькнуло облегчение: тоже понимал, что с нами со всеми будет при таком раскладе.