Я тяжело вздыхаю, но сил что-то решать сейчас — нет. Семеню в стоящую неподалеку «БМВ» Демина. Тот уже внутри, прогревает движок.

— Видела цветы? — говорит мне Рома как всегда спокойным голосом, но руль при этом сжимает крепко.

— Да, надо выбросить. Я чувствую себя разбитой и выжатой как лимон, — понимаю, что еще чуть-чуть — и расплачусь. Поджимаю губы и отворачиваюсь, часто моргаю: — Я не ожидала, что так будет. Утро так… так хорошо началось. А сейчас как будто грязью облили.

— Просто ты, наверное, никогда не ставила его в подобные ситуации, — мы выезжаем со двора. — Не провоцировала, не заставляла ревновать и беситься. Не мотала нервы.

— Это плохо? Разве надо было?

— Нет, он просто принимал твое хорошее отношение как должное. У него шок. Но он успокоится. Ты не виновата, он сам устроил себе эту встряску.

— Спасибо, Ром, — я всхлипываю, но удерживаю поток слез. — За поддержку. Я не знаю, почему плачу. Мне просто очень грустно.

— Могло быть и хуже.

— Ты говоришь про драку? Господи…

— Драки бы не было, — перебивает он.

— Почему?

— Но если у него мозгов нет и он решит помотать тебе или мне нервы, то я с ним поговорю уже без твоего присутствия, — Ромка улыбается мне, стараясь приободрить. Через пару минут молчания я тянусь к его руке, поглаживаю тыльную сторону ладони, и он берет меня за руку: — Все в силе? Я про то, что хочу забрать тебя вечером, — слегка сжимает. — Настроился побыть с тобой. Можем просто фильм посмотреть, если ты расстроена.

— Д-да, конечно, я буду тебя ждать. Но скажу честно — очень неприятная ситуация. Я себя гадко чувствую.

— Зря, ты не виновата. Вообще ни в чем. Он, естественно, ничего подобного не ожидал, но и я входить в его положение не собираюсь. Не после того, что было утром, — он улыбается, тон становится немного мягче.

— Тебе понравилось?

— Я бы за тебя дрался до последнего, — это он так шутит. Или не шутит. Не знаю что на это ответить, мы некоторое время молчим.

— Так стыдно за Петра, — я потираю лоб: — Постарайся не обращать на него внимания, он вообще-то нормальный парень, просто спесивый."

"— Его реакция мне понравилась даже больше, чем твоего утырка, — иначе как «утырком» Сысоева Рома не называет. Не первый раз замечаю. По этим оскорбительным выражениям понимаю, что Демин сам изрядно злится. Как обычно, он гасит любые эмоции и внешне выглядит спокойным и невозмутимым. А вот что творится внутри… большая загадка. — Он хотя бы попытался хоть что-то сделать, — помолчал немного. — А он чей-то сын? В смысле, какого-нибудь прокурора? Откуда столько этой самой спеси?

— Да нет, какого прокурора? Обычный он, недавно только стал хорошо зарабатывать. Связался с какими-то мужиками в возрасте, и вместе они занялись отмыванием денег. Налогов. Целый бизнес организовали.