Все, кто находились на борту, включая пилота, погибли. И мы с Гришей остались совсем одни. Вот такая невесёлая история.

Молчание продлилось ещё минуты две, как вдруг сбоку раздался тихий голос:

– Знаешь, Юля, мне всегда есть, что сказать. В любой ситуации. Но… Только не в этой. А как твой брат перенёс трагедию?

– Тяжело, разумеется. Когда погиб папа, Гришке было всего двенадцать лет. Подростки очень морально неустойчивы в этом возрасте. Хотя, мне сравнивать не с чем.

– А сейчас как обстоят дела?

– Сейчас? – зачем ему? Разве есть смысл рассказывать о своих проблемах? Что брат постоянно дерётся. Что меня постоянно вызывают в школу? Что он стал грубить и обманывать? А совсем недавно я почувствовала от него запах алкоголя? Я промолчала, потому что, как это ни ужасно, не нашлась с нравоучениями.

Но, несмотря на это, братишка всегда был и остаётся самым моим дорогим и любимым мужчиной. Пусть ещё маленьким, но всё же мужчиной. Потому что он часто встречает меня с работы вечерами, помогает нести пакеты из магазина. Он даже старается помочь материально и недавно нашёл себе подработку – устроился на АЗС. Я думала, такого малыша никто туда не возьмёт. Но нет. Он пробовался много где, и, наконец-то, ему улыбнулась удача.

– Сейчас дело обстоит не так печально, как раньше, – дороги совершенно пустые, поэтому «долетели» мы очень быстро, хоть лобовое стекло и заливает водой с плачущих небес. Нужно как-то пошутить, разрядить траурную, гнетущую обстановку в машине. – Уже подъезжаем. Глеб Викторович, я очень признательна, что Вы не бросили меня на произвол судьбы, – постаралась вложить весёлые нотки в голос, но на фоне страшных откровений и своих тяжёлых воспоминаний, эффект получился прямо противоположным – внезапно просочилась вся горечь, которая давно скопилась в моей душе.

Мда. Замечательная благодарность.

– Спокойной ночи, – надеюсь, хотя бы улыбка вышла не натянутой.

– До завтра, Юля.

Разговор с начальником вывел меня из равновесия. Тихонько проворачиваю ключ в замке и очень аккуратно закрываю дверь, которая обычно хлопает так, что соседей можно разбудить. На цыпочках крадусь к себе в комнату, но тут меня чуть ли не с ног сбивают щупленькие метр шестьдесят пять.

– Ты почему не спишь?

– Тебя ждал! Не промокла? – несмотря на всю свою периодическую агрессию, братик очень заботливый и внимательный мальчик.

– Нет. Меня коллега с работы подкинул, мы все вместе задержались, – о том, что это был не просто коллега, а непосредственный начальник, и задержались мы вдвоём, я намеренно умолчала.

– Оооо, это он молодец! Раздевайся и иди ешь!

– Гриш, я, правда, не хочу. Мне бы до постели доползти…

– Ничего не знаю. Я старался. Правда, уже, конечно, всё остыло, но, надеюсь, ты не выбросишь тарелку в мусорку.

– Конечно, нет.