И, когда я уже поворачиваю ручку, открывая дверь, бросает презрительно:"

"— Что, так и уйдешь?

Ого. Нет, не так. ОГО-ГО!

Медленно, аккуратно, закрываю обратно дверь. Оставляя нас в замкнутом пространстве.

В голове… Нет ничего в моей пустой голове. Вернее, там чего-то паническое варится, типа: «Вали отсюда, идиот! Ее отец тебя сожрет! А если он не сожрет, то брат разорвет, а если родственники не смогут, то Васильич… Белые медведи… Полярные льды… Монголия… АААА, бля!!! Похер!»

Она стоит у стены, шага ко мне не делает. И смотрит злобно.

Но теперь я понимаю причину этой злости.

И понимаю, что… Не уйду. Пока так смотрит. Пока ждет.

Упираю руки по обе стороны от ее лица, как в пошлых фильмецах про любовь, наклоняюсь, втягиваю опять ее аромат… Ох… Ведет сразу. И невыносимо. Не смогу отказаться. Просто не смогу.

Если бы гнала, запрещала, не пускала… Тогда бы смог.

А она — разрешает.

Она — ждет.

И мало места нам, невозможно отстраниться, переключиться, как недавно в универе.

Невозможно.

— Генеральская дочка хочет поиграть? — хриплю я из последних сил, пытаясь вызвать в ней гнев. Чтоб остановила! Потому что сам я — нифига не смогу! Не смогу просто! Сдохну тут, у ее ног, как пес.

— Заткнись. Много болтаешь.

Она подается ко мне навстречу, ловит губами мои губы… И я пропадаю. Падаю в пропасть, ветер свистит в ушах, в голове — дурман ароматный, обволакивает, сводит с ума.

Ее губы на вкус — как мягкое, но крепкое спиртное, которое бьет в голову, отключая полностью обычное мое здравомыслие. Не выдерживаю, обхватываю ее, облапливаю, несдержанно тискаю сразу везде, словно не могу поверить, что вот оно, мое, мое! Все мое! В моей власти! Само!

Так не бывает просто, не в моем варианте!

Света отвечает не особо уверенно, но очень вдохновенно.

Раскрывает рот. Позволяет мне не просто целовать, иметь ее языком так, как мне хочется, так, как я привык.

Так, как нельзя. С ней.

Она же… Это же не просто обычная девушка. Это… Блять, это звезда недосягаемая, с острыми колючими лучами. Ее невозможно удержать в руках, ее невозможно спрятать, покорить, приручить…

Тем не менее, это происходит.

И да, я знаю, что дальше будут только проблемы, будет море проблем у меня!

Но отказаться от нее — ни за что.

Опускаю руки, подхватываю под гладкие ягодицы, обтянутые красной кожей, легко подбрасываю вверх, устраивая у себя на поясе.

На секунду отрываюсь, смотрю в шальные зеленые глаза.

— Не пожалеешь, принцесса? Я нифига не нежный.

— Разговорчивый… — она усмехается, а затем сама подается мне навстречу. Обхватывает за шею, прижимается, трется грудью о футболку, кусает шею, — не для того сюда пришел, так ведь?

— Все так.

Я несу ее в комнату. Это квартира-студия, и пространство большое. А кровать, здоровенная, с толстым матрасом, стоит ровно посередине. Удобно.