— Кор, тут ничего ценного! Оружие, железо и кузнечные инструменты — всё безликое! Не продать…

Как-то он странно говорит… такое впечатление, что слова специально растягивает.

Тот к кому обращались, поднимается на ноги. Этот — одет уже получше, да и пояс у него расшит цветными нитками. Местный, так сказать, щёголь… или старший?

— А что там есть ещё?

— Тряпки… кожа есть! Опа…

И мужик замолкает. Чем-то он там шуршит — и внезапно спрыгивает на землю. В его руках — корзинка Семеныча.

— Кор! Посмотри! — и он протягивает щеголю бутылку настойки.

Старший заставы берёт её в руки.

Надо отдать должное фермеру, он предполагал, что наши девы-целительницы сразу же данное «зелье» кому-нибудь и толкнут. И поэтому, бутылки снаружи, поверх оплётки из прутьев, обмазаны глиной, что делает их весьма похожими на неуклюжие поделки какого-то кустаря-горшечника.

Открыта пробка, щеголь принюхивается… и с проклятием швыряет бутылку в кусты!"

"— Только этого нам и не хватало! Гонт!

— Я? — откликается мужик с топором.

— Отведи этого… ну и… сделай там всё!

Меня немилосердно пихают в плечо — топай!

Нет, ребята, я, конечно, всё понимаю… но, по-моему, это уже перебор! Но в сторону всё же отхожу, может быть, там сидит кто-то более вменяемый и адекватный?

Но никого рядом не оказывается, а мужик указывает мне куда-то дальше — мол, туда!

Протопав метров сто, понимаю, что шутка зашла куда-то уже и вовсе не в ту степь. Пора заканчивать!

— Слышь, куда мы вообще идём-то?

Сдавленное икание…и я еле успеваю отпрыгнуть в сторону — мимо меня пролетает топор! Однако!

Мужик стоит напротив, и на его лице написано нескрываемое удивление.

— Ты… ты говоришь?!

— Ну, кукарекать как-то вот не научился… а что?

Вместо ответа он выставляет перед собою руки в каком-то странном жесте.

Чё-то я не вкурил… И что должно произойти?

Видимо, так и не дождавшись исполнения задуманного, мужик выхватывает откуда-то нож и бросается на меня, решив, видимо, порезать, раз не удалось зарубить.

Ну, блин, я ему не Лев Толстой!

Драться он совершенно не умеет, а ножик, скорее всего, использовался им исключительно для нарезки колбасы. Ибо и это оружие вскоре оказывается на земле, а его хозяин, получив основательный удар промеж ног, с воем катается рядом.

Нет, с этими штуками пора завязывать! При всей моей нелюбви к полиции, надо отдать им должное — таких вот гавриков, решивших в своё время малость покачать права, они извели быстро и решительно. И под корень.

Похоже, это какие-то залётные…

Ничего толком пояснить мой пленник не может, а в тот горячечный бред, что он несёт, я перестал вслушиваться уже через пять минут.