— Вижу, что тут многие хотят хапнуть сладкий кусочек… Ну, как же! Всё налажено, работает, деньги идут… А задумался ли кто-то из вас — каких трудов это мне стоило?!"

"Ну, положим, не только ему… и даже скорее — совсем не ему! Но — помолчим. Не понимаю я его задумки, так что лучше вперед пока не высовываться.

— Ты, Маттир, попади тебе всё в руки, разом порушишь всё, не тобою сделанное. И ни разу ни в чём ни усомнишься…

Ухмылка на лице означенного персонажа подтверждает — именно так всё и произойдёт. Не все одобряли те изменения, которые вводил воровской папа. Грабить и резать напропалую было проще. Да — не так прибыльно. Ничего, значит — будем резать больше…

— Понимаю, что чего-либо тебе объяснять без толку… Что ж… Вы все видите этого человека?

Главари озадаченно на меня смотрят. Ну, видим… и что с того?

— Про него тут могли слышать…некоторые из вас называют его Невидимкой. Он умеет думать. И неплохо соображает… Я вам настоятельно советую прислушиваться к его словам! Смотрите!

Атаман внезапно вскидывает обе руки.

Фух-р-р!

И всё тонет в ослепительной вспышке!

Разом потухли все светильники, только из очага падал отсвет. Но совсем темно не стало. Помимо пламени в очаге, поприбавилось иных источников освещения. Не масляные, гм-м… лампы — но свет давали и они…

Горели обломки столов и стульев, сметённые в один угол.

Я внезапно обнаружил себя сидящим на полу, лавка из-под меня куда-то делась — надо полагать, весело полыхала в общей куче.

Встаю, поправляю одежду.

Всё цело, ничего никуда не делось.

— Белц, Ороц — ору я во всё горло. — Обеспечить свет! Темно у нас тут, как у… Свечей давайте! Факелы какие-нибудь!

Хрен тут чего сейчас разберёт… вонища, дым, дышать вообще нечем. Вот уж Подсуропил воровской папа трактирщику…

Топот ног — мои парни успели первыми. Тащат факелы, кто-то приволок охапку свечей и торопливо лепит их повсюду.

— Двери открыть! Пусть сквозняк дым наружу вынесет!

Отчего-то мои распоряжения не понравились какому-то мордовороту — тот подскакивает ко мне с явным желанием покачать права.

Не сегодня, милок!

Не вступая с ним в полемику, молча пинаю лопуха промеж ног и добавляю рукояткой меча по затылку.

— Оружие забрать и выбросить на улицу — пусть там в себя приходит!

А моим парням только свистни! Да и шайка Гэйза тоже времени даром не теряет — очухались быстрее всех прочих. Пока там народ врубался в происходящее, они уже окружили меня тесным кольцом и ощетинились всевозможным острым железом.

Меня-то с чего? Ведь есть же…

Опа…

Уже нет…

На месте, где лежал на притащенной от хозяина кровати, Гэйз — нет ничего, кроме жирного черного пятна. От него идут такие же закопчённые следы — словно факелами опалили пол.

А куда они идут?

В угол… тот самый, где сидели атаманы-оппоненты.