А тут ещё и очередной огненный шар лопается где-то в толпе…

Один из злодеев делает неожиданно мощный прыжок вперёд, по-видимому, надеясь пересигануть всё опасное пространство одним махом. Надо полагать, он там вообще уже охренел…

Во всяком случае, метра на четыре он разом скакнул! Коснулся земли, оттолкнулся… И ещё метра через три на грунт шлепается уже бездыханное тело.

Умер он, надо полагать, ещё в воздухе.

Щелк!

Ещё один огненный шар!

И вперёд, оттолкнув вопящих рядом товарищей, вырывается один из разбойников. Надо думать, что это именно тот, кто завладел амулетом.

Во всяком случае, с ним ничего не происходит, и опасную зону он преодолевает без помех. Мой выстрел достаёт его уже метрах в десяти после границы опасного участка.

Ну не сказать, чтобы удачно — всего лишь в бедро. Но и то — божий дар, теперь далеко не убежит!

Арбалет в сторону, меч из ножен — и вниз!

Пробегая мимо тел разбойников, лишний раз убеждаюсь в правоте слов моей спутницы — никого живого тут больше не осталось. Максимум, что успели сделать бандюки — пройти три-четыре шага. И всё… там их косая и подкараулила…

А вот и подраненный злодей.

Понимает, что уйти уже не выйдет — это с раненой-то ногой? Щас… убежал один такой.

Но — меч у него в руках, и жизнь свою продавать задёшево он явно не собирается. На здоровье — мой клинок длиннее почти на локоть!

— Ты всё равно не уйдёшь! — выкрикивает разбойник. — Хлуд уже рядом, и он за нас отомстит!

Парировать он не успевает — мой удар достаёт до пока ещё здоровой ноги. Бандит обезножен, но оружия не бросает — и так уже понятно, что ничего не светит. Противник жизнь ему точно не оставит.

Добить раненного? Мужики, это только в рассуждениях право- и левозащитников преступление.

Н е к о т о р ы х раненых добивать не только можно — но и нужно. Ибо вот у этого конкретного товарища ничего в подобном случае не дрогнуло бы. Прирежет он и калеку, и сирого — да и вообще кого угодно. Насмотрелся я уже на таких… и не только здесь. Это в нашем мире их жизнь защищается государством и адвокатами. Не говоря уже о всяких там добровольных помощниках. Для них страдания ныне покойной жертвы — пустой звук. Пиар на этом фиговый получается. И бесплатный к тому же… А вот на переживаниях «невинного убийцы» можно нажить нехилый капитал. Во всех случаях нехилый…

Нет уж, раз взял оружие в руки для грабежа и убийств — будь готов получить той же мерой! И никак иначе!

Вытираю меч подолом разбойничьей рубашки. А где амулет?

Вот он… в кармане лежит овальный медальон на цепочке. Какие-то знаки… да и хрен с ними — не по моей это части.

Вернувшись к башне, протягиваю Дане найденное.

— Ну и что мы имеем?

Она некоторое время рассматривает находку.