– Причем твои личные догадки. Предположим, ни я, ни в Москве не придадут им вообще никакого значения. Я напишу заключение, что в процессе расследования ты проявил излишнее усердие и накопал много лишнего. Хуже от этого никому не стало, но и обращать внимание на это не стоит. Накопал, и бог с ним! Теперь, собственно говоря, сенатор. Начнем с него.

– Общепризнанно мерзкий тип. Не брезговал спать с собственной дочерью, имел любовниц, которые ему во внучки годились. В полном смысле слова презирал общество и все его законы. В то же время по-своему любил семью: чтобы избавить старшую дочь от дурной компании, пошел на организацию убийства ее сожителя-наркомана.

Свои несметные сокровища накопил, в принципе, своим умом. За все прошлые грехи решил откупиться от государства, подписав договор об инвестициях. По моим прикидкам, больше бы с него не отжали. Договор – это исключительно разовое явление. Еще Сарибеков купил себе место сенатора. О нем все.

– Про убийство.

– У следствия есть труп сенатора с пулевым ранением и пуля, которая его поразила. Установлено место, откуда был произведен выстрел. Далее появляется винтовка, из которой стреляли, и отпечаток пальца на ней.

Установлено, что это отпечаток пальца Киселева. В качестве мотива есть подброшенные Инной его «дневники», которые она же и написала. Для полноты картины не хватает диска, но он появится, и тогда мы никого не сможем убедить, что покойный программист не убийца. У нас есть доказательства, что его дневники – это фальшивка, но они получены нелегально."

"– Нелегально, значит, их нет. И нам никто не позволит рассказывать, что Главный сервер, о котором говорить-то не рекомендуется, к кому хочешь проникает в компьютеры и скачивает с них все, что пожелаешь.

Ты представляешь, какой визг поднимется, стоит только заикнуться, что мы без санкции суда, не поставив в известность прокуратуру, вторгаемся в частную жизнь? Помнишь указания Москвы?

– Забыть про косвенные доказательства? Помню и не собираюсь их использовать. В общем, нам лучше согласиться с версией убийства Сарибекова Киселевым. Тем более что он мертв. Про остальных говорить?

– Что Городилов, «Арес» и Погосян не самые лучшие представители нашего общества и от их смерти потери для государства никакой?

– Я бы добавил к ним Фаину.

– Жестокий ты, Александр Геннадьевич! Не жалко старушку?

– А было бы лучше, если бы ей влупили за соучастие червончик и отправили в лагерь под старость лет для торжества принципов законности и гуманизма? Не знаю, что бы она выбрала.

– Инна. Теперь о ней.

– Она дает государству за свою свободу взятку. Совершенно честно предлагает отпустить ей грехи за восемьдесят миллионов долларов. Я – «за»!

– Я тоже. Она, кстати, идет по пути своего отца.