Говорили, что он устроил на свой счет хворую девочку в Солдатовскую больницу, помогал деньгами Знаменскому монастырю… Эдакий Робин Гуд иркутского пошиба! Ловить его у полиции не получалось — бандита укрывали всем миром.

Алексей Николаевич отпустил осведа и сказал оставшимся сыщикам:

— Я потому интересуюсь Мишкой Глуховым, что он может нам помочь унять кавказцев."

"— Это каким манером? — удивился Франчук.

— А вот сами рассудите, Федор Степанович. Мишка — русский и вроде бы как с понятиями о совести.

— У бандита — и совесть? — с иронией переспросил надзиратель.

 — Ну-ну…

— Я к тому, что можно сыграть на противопоставлении: мы тут русские, а понаехали дикие ребята с кавказских гор и щиплют православных будь здоров.

— Грузины тоже православные, — возразил Аулин. — Но вообще задумка интересная. Национальные различия сильные. Хотите вбить клин?

— Хочу. А как так вышло, Бернард Яковлевич, что в Иркутске образовалось такое засилье кавказцев?

— Издавна повелось. Я сам этому удивился и посмотрел архивы. Первые горцы появились здесь аж в тысяча восемьсот двадцать третьем году. Прислали сразу сто пятьдесят пять человек за грабежи, убийства и воровство.

Это были, как сказано в архиве, «грузины, армяне и прочие азиатцы». Сначала их помещали в Томскую и Тобольскую губернии, но ребята начали оттуда бежать. И их задвинули дальше на восток, к нам. С тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года наместник Кавказа великий князь Михаил Николаевич приказал ссылать в Восточную Сибирь и чеченцев. В результате ссыльных или вышедших на поселение бывших каторжников из кавказцев накопилось в Иркутской губернии несколько тысяч. За все годы. Они осели, прикупили недвижимости, занялись торговлей. А в душе остались преступники. И вот результат.

— Что же полиция бездействует?

Коллежский регистратор хотел обидеться, но передумал.

— Сами знаете, какая между ними спайка. Если кого мы поймали на грабеже, то ему, конечно, тюрьма. Но не было еще случая, чтобы арестованный выдал сообщников. Вот вы ухватили на месте преступления беглого по фамилии Шукушвили. Того, кто помогал убивать дворника Малявкина. И что? Сказал он вам хоть одно лишнее слово?

— Нет, — признал питерец.

— И никто не скажет. Потому — у них за такое кишки выпускают. Это русский Ваня сдаст всех за полушку, а кутаисцы молчат.

— Вот я и предлагаю столкнуть их с нашими злодеями!

Франчук все так же недоверчиво произнес:

— А как мы это сделаем? Мишку Глухова надо сначала поймать. А когда поймаем, ему каторга светит. Вербовать и срок скостить за это? Другие враз догадаются. Да и по характеру судя, Мишка на доносчика не похож. Больно хитро вы, Алексей Николаевич, замыслили. Не выйдет так.