А живет в нем всего десять тысяч человек. Отошел в сторону от тропы — и пропал. А на тропе — кордон, тоже пропал. Но ссыльные все равно бегут. И не всех мы потом находим живыми или мертвыми.

— Кто же им помогает? Тунгусы? Чалдоны? За деньги вполне возможно… — рассудил Лыков.

— За золото еще, — добавил штабс-капитан. — Недалеко от Назимова есть прииски, туда кого попало берут, паспорта не спрашивают. А то можно его, золотишко, самому намыть, хищническим способом. Если повезет или знать места.

— Деньги… — повторил коллежский советник. — Откуда они у ссыльного? И сколько может стоить побег из Туруханска?

Сухобрус пожал плечами:"

"— Сам не бегал, не знаю. Но несколько сотен придется отдать, навряд ли меньше. А откуда такая мошна у поселенца, тут все ясно. Товарищи с воли помогают.

— Допустим, я достал три-пять сотен. Дальше что?

— Дальше ищете помощника из местных. Который проведет до Монастырского, а еще лучше спустит вниз по Енисею. Например, на такой вот илимке при помощи собак.

— Но ведь ссыльные обязаны отмечаться у стражника.

— Раз в неделю он приходит, — отмахнулся штабс-капитан. — Да и то можно соврать: или рыбу ловить нанялся, или телеграфную линию починяет, а то в соседний станок двинул, в картишки перекинуться с другими ссыльными.

— Про линию не понял, — остановил попутчика Лыков.

— Видите, вон она вдоль берега тянется. И так до Диксона. Чуть не две тысячи верст. Столбы надо подправлять, менять, усиливать. Почтово-телеграфное ведомство за это платит. Ремонт телеграфа — исконное занятие ссыльнопоселенцев, чалдоны никогда за него не берутся. Им надо, пока лето, рыбы и мяса наморозить, ягод да грибов набрать. У иного запашка есть, особенно южнее, там рожь кое-как да вызревает. Вот ссыльным и поручают, других рабочих рук здесь нет.

— Хорошо, — согласился Алексей Николаевич, — я достал деньги и нашел помощника. Обманул стражника с урядником, которые считают, что я подправляю телеграф и скоро вернусь. Сколько они так будут думать?

— До осени могут.

— Дальше что?

— Дальше верный чалдон везет вас вверх по Енисею. Докуда получится.

— Я попадаю на ваш кордон в этом, как его?

— В Ворогове, — подсказал штабс-капитан.

— Как же я там проскочу через стражников?

— Нет ничего невозможного. Старшим в карауле стоит унтер-офицер. Их у меня в отряде четверо. Вроде бы порядочные, службу знают. Но ведь в душу не заглянешь. Дадут ему полсотни, это его жалованье за полгода. Как он устоит? А если больше сунут? То-то…

Лыков не унимался:

— Проскочил я Ворогово. Сколько мне идти дальше?

— До Енисейска пятьсот верст, но беглому туда не надо, там его поймают. Беглому нужно в большой город, где можно затеряться и где железная дорога.

— То есть в Красноярск, — констатировал сыщик.