Она сунула письмо обратно в карман и бросилась бежать, игнорируя требования Ро и Сандора объясниться — и испуганные приветствия Грэйди и Эделайн — когда вбежала в особняк Хейвенфилда и взбежала по лестнице.

Она, спотыкаясь, вошла в свою комнату, направилась прямо к письменному столу и выдвинула один из ящиков.

— Ладно, Блондиночка, выкладывай, — потребовала Ро, ворвавшись в спальню, пыхтя, чтобы отдышаться. — Что происходит?

— И знай, что я преграждаю тебе путь к Прыжок-Мастеру! — позвал Сандор из холла.

— Мне это не нужно! — крикнула Софи в ответ, когда ее пальцы сомкнулись вокруг маленького серебряного устройства, который она искала.

Она развернулась лицом к Ро и размашисто протянула руку.

— О, хорошо, еще одна болтливая штука, — пробормотала Ро.

— Особая говорящая квадратная штука! — поправила Софи. — Мне разрешено использовать его только в экстренных случаях… но думаю, что это важно, не так ли?

Она прижала Импартер к груди и направилась к своей кровати, рухнув на груду подушек.

Ро плюхнулась рядом с ней.

— Тааааааааааааак… не хочешь объяснить, почему ты вдруг стала такой уверенной и улыбчивой? В противном случае я буду считать, что это потому, что ты только что перечитала мою любимую строчку в письме Офигенноволосого.

Софи закатила глаза.

— Нет, я перечитала другую строчку. Ту, которая говорит: «Я хочу убедиться, что ты понимаешь, кого ты подвергаешь опасности». Сразу после этого он написал: «Я собираюсь прятаться так же, как Черный Лебедь прятал тебя», поэтому я подумала, что это его способ дать понять, что он будет прятаться с людьми. Но теперь мне интересно, имел ли он под «кого» очень конкретного человека?

— Кого? — потребовала Ро.

Софи еще крепче сжала Импартер.

— Мою сестру.

Глава 7

— Эми Фостер, — прошептала Софи, надеясь, что назвала правильное имя.

Ее сестра стала Натали Фримен после того, как Софи привезли жить в Затерянные города. И ей дали еще одно новое имя после того, как Невидимки взяли ее родителей в заложники, и их жизни пришлось стереть и переместить снова… но эта личность держалась в полном секрете.

К счастью, импартер, должно быть, был запрограммирован на работу с любым из псевдонимов Эми, потому что, несмотря на долгую паузу, на экране мелькнуло знакомое лицо Эми.

Ее вьющиеся каштановые волосы выглядели особенно дико, а в зеленых глазах была крошечная морщинка от напряжения… но это была она.

Единственный человек из человеческой жизни Софи, который помнил ее, благодаря особой договоренности с Советом.

— Софи? — спросила Эми. — Извини, я была с мамой, поэтому мне потребовалась секунда, чтобы найти место, где я могла бы поговорить.

Мама.

У Софи были такие сложные отношения с этим словом.