— Это просто, — тихо сказал Прентис. — Уверен, что я тщательно тренировал твой разум, пока ты был ребенком. Я, конечно, не помню, как это делал, но… это похоже на меня. Информация — это сила в нашем мире, и те, кто не могут ее защитить, слишком уязвимы. Я бы сделал все, что мог, чтобы мой сын был защищен. — Он нахмурился, рассеянно теребя один из своих дредов. — Так странно, что я могу помнить абстрактные проблемы, но не свои собственные конкретные действия.

— Разум — это загадка, — сказал Тиерган, когда Софи включила свой усилитель и потянулась к руке Фитца.

Фитц вздрогнул, когда их пальцы соприкоснулись, и Софи задалась вопросом, готов ли Киф взорваться от всех этих маленьких комментариев, которые ему приходилось сдерживать.

Или… он был обеспокоен?

Она не могла представить Кифа таким, поскольку он лучше, чем кто-либо другой, знал, как работают ее способности, но это все равно была странная мысль, когда она протянула свободную руку к виску Уайли.

— Тебе нужна минутка? — спросила она, когда Уайли отодвинулся.

Он сжал челюсти и покачал головой.

— Нет. Давай сделаем это.

— Мы можем не услышать тебя, как только окажемся в твоем подсознании, — предупредил его Фитц. — Так что, если тебе нужна передышка, сожми мое плечо так сильно, как только сможешь.

— Мне не понадобится передышка, — заверил его Уайли. Он встретился взглядом с Софи. — Просто… найди это, хорошо?

Софи кивнула, вспоминая более молодого Уайли, которого встретила, когда впервые проникла в его разум, — храброго мальчика, который умолял ее никому не позволять стирать воспоминания о его похищении, потому что они могли понадобиться ему, чтобы узнать, что случилось с его матерью.

Этот мальчик все еще ждал ответов.

Она была в долгу перед ним… по многим причинам.

И внезапно это стало чем-то гораздо большим, чем просто Элизиан.

Софи собрала всю свою концентрацию, позволив своей ментальной силе нахлынуть подобно волне, когда она прижала палец к его виску и позволила своей концентрации затопить его разум.

«Вау, здесь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО светло», сказала она Фитцу, жалея, что не может защитить свой мозг так же, как она могла защитить глаза, когда впервые вышла на солнце.

И даже когда ее разум приспособился, воспоминания Уайли выглядели размытыми и расфокусированными, как переэкспонированные фотографии, кружащиеся вокруг нее.

«Не волнуйся, по мере продвижения становится все темнее», — пообещал Фитц, его голос прорезался сквозь искаженный гул, который эхом отдавался вокруг них.

«Тебе нужно, чтобы я наставил вас на путь?» передал Тиерган через шум.

«Нет, я помню дорогу», — заверил его Фитц.