Но именно мне принадлежала идея сделать по некоторым эпизодам фильм. Кстати, в этой восхитительной беседке.

– Кто была девушка, которую убили в фильме?

– Шлюшка с улицы. Ее никто не разыскивал, так что мир потерял не много.

– Но что такого знал Элиас Юрт? Он тоже участвовал в создании фильма?

– Вовсе нет. – Морган Аксбергер поджал губы. – Но Теа узнала, что я в этом принимал участие. Ее обожаемый бойфренд выступал там в роли убийцы, и, к несчастью, она рассказала об этом Элиасу. Когда потом вокруг книг поднялась такая шумиха и стало известно, что он был посредником между издательством и автором, он попытался вымогать у меня деньги. Обещал уехать за границу, если получит достаточно, и никогда больше не возвращаться в Швецию.

– Но вместо этого ты убил его?

– Так было лучше для всех. Поскольку фильм оказался в руках полиции, ситуация уже не оставляла возможностей для маневра. Элиаса пришлось убрать.

Петер думал: как так можно – распоряжаться чужой жизнью и смертью, словно Господь Бог. Вершить судьбы – кому жить, а кому умереть.

Через тонкую ткань брюк он чувствовал в кармане мобильник. С сомнением он вытащил его.

– Пардон, что ты делаешь? – глухо и обиженно спросил Морган.

– Звоню начальнику, чтобы сказать, что мне поступила анонимная информация о местонахождении Джимми. Он не знает, где я. И что Джимми увез именно ты. Я побывал у Теа. Позвоню и буду знать, что полиция выдвинется в тот момент, когда я тебя отпущу.

На лице Аксбергера отразилось сомнение, однако он молча принял слова Петера.

Алекс ответил на второй звонок:

– Какого черта? Где ты находишься?

Услышав совсем рядом знакомый голос, Петер расслабился и понял, насколько устал.

– Я искал Джимми. Похоже, я знаю, где он.

– Петер, мы не будем говорить об этом по телефону, – помолчав, ответил Алекс. – Пожалуйста, приезжай в управление, мы с Фредрикой ждем тебя. И Ильва тоже здесь.

Ильва?

– Что такое, что она там делает?

– Она только что приехала. Ты не отвечал по телефону несколько часов, – ясное дело, мы волновались за тебя.

Он что-то упустил. Петер прижал трубку плотнее к уху.

– Что ты сказал?

– Я сказал, что ты не отвечал…

– До того.

– Я сказал, что мы не будем говорить об этом по телефону. Где ты находишься? Мы заберем тебя.

– О чем – об этом? О чем мы не будем говорить по телефону? Я знаю, где Джимми.

Он услышал, как Алекс вздохнул и что-то тихо сказал кому-то рядом с ним.

– Петер, мне ужасно жаль, что тебе пришлось прийти к этому выводу самостоятельно. Если бы только я смог связаться с тобой, все могло бы быть по-другому.

Морган Аксбергер начал потихоньку пятиться от Петера, который словно прирос к земле.

– Алекс, я не понимаю.

– Ты можешь приехать сюда?

– Я знаю, где он.

Голос Петера звучал тонко и жалко, как у ребенка.