– Юхан Альдрин был очень молод, когда пропал, даже не закончил учебу. Может быть, он работал на том же корабле?

– Я свяжусь с судоходной компанией. – Она записала это в своем блокноте.

– Морган Аксбергер, – снова проговорил Петер, переводя взгляд с одного на другого. – Мы только что послали патрульную машину за ним в офис.

– Отлично.

Петер нервно поежился:

– Думаете, Ребекка Тролле докопалась до того, кто такой Вальтер Лунд?

– А вдруг они оба психопаты, как сын, так и мать? – Алекс на мгновение замер. – А вдруг ее убил Вальтер Лунд?

– Может, все дело в их отношениях? – предположила Фредрика. – Ребекка знала, что беременна, но не знала от кого. Возможно, она поставила Лунда перед фактом и потребовала, чтобы он взял на себя ответственность за ребенка?

– Но тогда Вальтер Лунд – выдающийся актер, – проговорил Алекс. – У меня определенно сложилось впечатление, что он не знал о беременности, пока мы сами не упомянули об этом.

– Мы должны снова побеседовать с ним. Припугнуть его немного, сделать вид, что мы считаем его виновником. Тогда заговорит.

– За что он благодарит? – Петер посмотрел на них усталыми глазами.

– Что? – переспросил Алекс.

– На карточке, вставленной в букет, всегда написано одно и то же слово: «Спасибо». За что он благодарит свою мать?

Вернувшись в кабинет, Фредрика второпях не сразу заметила Спенсера.

– Много работы?

От неожиданности она чуть не закричала в голос.

– Боже, как ты меня напугал! – На мгновение она растерялась, но все тут же встало на свои места. – Я так волновалась за тебя.

Слезы покатились по щекам, и она упала в его объятия.

Она чувствовала, как он дышит ей в волосы, гладя ее по спине. Казалось, он тоже плачет.

– Придя домой, я встретил там твою мать.

Фредрика вытерла слезы:

– Я попросила ее побыть сегодня с Сагой. Мне было просто невыносимо сидеть дома и ничего не делать.

Спенсер отступил на шаг. Между ними пролегли несказанные слова. То, о чем они должны были поговорить, но не здесь, не сейчас.

– Насколько я понял, ваше расследование меня исключило из числа подозреваемых.

– Так и есть. – Она сглотнула и откинула с лица несколько особо упрямых прядей. – Так что теперь тебе не нужен новый паспорт.

У Спенсера был такой вид, словно он вот-вот рассмеется, но потом его лицо снова замкнулось. Фредрика почувствовала, что начинает выходить из себя.

– Нам о многом нужно поговорить, но только когда я вернусь домой."

"– А когда это будет?

– Позже. Собственно говоря, довольно поздно.

Спенсер надел куртку, которую держал в руке, и двинулся к двери:

– Я не собирался тебе лгать.

И снова Фредрика почувствовала ком в горле.

– Спенсер, не делай так больше!

Он медленно покачал головой:

– Но ты мне тоже солгала.

– Я не лгала, а скрывала информацию. Это огромная разница.