Все работало, как заведенный механизм – игрушечные караваны машин принимали и перевозили грузы, тысячи людей-муравьев суетились, обслуживая производственный процесс. От масштаба увиденного немного захватило дух – чтобы на пустом месте организовать подобное, требовались десятки лет упорного труда и железная дисциплина.

Здесь ковалась мощь Города. Возможно, именно тут находились Репликаторы, фабрики 3Д-печати и сборочные цеха, где из десятков тысяч Схем круглосуточно штамповали готовые изделия или компоненты для более сложных устройств. Все что угодно: от одежды, мебели и игрушек до электроники, оружия или продвинутой техники, типа мобиля или винтокрыла.

Мне были неизвестны детали, но молекулярная репликация позволяла создавать все что угодно при наличии Схемы и необходимых расходников.

Сотни лет, скрупулезно, с риском для жизни, Город по всему миру собирал и концентрировал у себя древние, невоспроизводимые ныне механизмы и технологии Утопии – и результат был нагляден. Страшно представить, сколько труда, скольких жизней и сколько крови он стоил – и тем понятнее становилась ненависть Города к Одержимым, которые решили уничтожить последний оплот цивилизации, созданный совместными усилиями сотен тысяч людей.

Стена Прометея промелькнула серой дугой далеко внизу. Между ней и «Белой Звездой», Стеной Элейны, раскинулось последнее, самое широкое кольцо защищенной территории. Оно было каменистым и бесплодным, со сложным горным рельефом. Шахты и карьеры, пирамиды выработанного шлака. Вдалеке виднелась игла гигантского сооружения, находившегося в центре огромного кратера. От него вились толстые трубопроводы, казавшиеся издалека паутиной черных нитей.

Я напряг зрение, и Мико радостно захлопала в ладоши.

Мико: Невероятно, Грэй! Они восстановили «Молох»! Это станция сверхглубокого бурения, уникальная технология!"

"По ее словам, такие установки были способны доставлять на поверхность целый ряд полезных ископаемых прямо из верхних слоев мантии. Практически неисчерпаемый источник природных ресурсов. Верилось с трудом, но монструозное сооружение на горизонте было возведено явно не для красоты.

Но, видимо, сырья все равно не хватало – его добывали всеми возможными способами. Я увидел множество комплексов переработки и переплавки, чадящих десятками труб, а затем – целые поля-свалки, горы древних конструкций, состоящих из самых разных предметов эпохи Утопии – от ажурных мостовых ферм до тысяч раздолбанных в пух и прах мобилей. В этом ржавом лабиринте работали люди, разбирая и сортируя хлам, виднелись стрелы подъемных механизмов и роботизированные манипуляторы, разгребающие завалы.