Я притягивал врагов, словно магнитом. Скорее всего, так действовал их искусственный Геном, заставляя искать и убивать ближайших теплокровных. Хорошо… им будет сложнее догнать отступающих ребят.

В ущелье морфов было полно, я убил пять или шесть подряд, пробиваясь к заслону. Жаркая схватка! К счастью, «Крыса», усовершенствованная Каем, оказалось настоящим подарком для короткой дистанции. Отличный останавливающий эффект! Двойной удар – пронзительный ультразвуковой «Визг» при выстреле ошеломлял и замедлял, последующий кинетический удар крупнокалиберного заряда отшвыривал противника на несколько шагов.

«Экспансивные Пули», кувыркаясь в теле жертвы, наносили чудовищные внутренние повреждения, а «Токсичность» доводила дело до конца.

Мне даже не пришлось пускать в ход азур-плеть Оскала. Хорошо – ее эффектное применение могло меня выдать. Прибережем трофей на крайней случай. Для самого сильного врага…

Живучие ракоскорпионы дохли одним за другим. Один выстрел – один труп. Я добил последнего и с большим уважением погладил черную рукоять револьвера, инкрустированную азур-сердцем Крысиного Короля. Впервые используя его по полной, я осознал, какое страшное оружие подарил мне погибший Инкарнатор «Вьюги».

Возле горловины ущелья, где стоял отряд Паука, громоздился целый вал черно-красных туш. Среди мертвецов виднелись и живые морфы, они немедленно напали с разных сторон, и, чтобы не искушать судьбу, я наконец-то выпустил «Дива». Пусть расчистит местность, давно пора его выгулять.

Огненный волк, повернув ко мне лобастую голову, негромко зарычал. Но это была не угроза, а приветствие. Я крепко удерживал его агрессию ментальным поводком, сжимая пылающий разум азурического создания тисками своей воли.

И это выходило гораздо легче, чем прежде – вероятнее всего, Источник, синергично усиливающий «Повелитель Стаи», значительно увеличил возможности контроля.

Легкое усилие – и призрачное существо бросилось в атаку. Я напрасно сомневался в его эффективности – первый же миксантроп вспыхнул, как факел. Они сплелись огненным клубком, и живая плоть тут не имела шансов против пламенного волка.

Пока «Див» отгонял морфов, я медленно шел между камней, обильно забрызганных кровью и ядом.

Здесь приняла бой четверка Паука, прикрывая наше отступление. И бой этот, судя по следам, был кровавым и страшным.

Оставшийся безымянным легионер нашелся самым первым. У него отсутствовала голова и часть туловища, а доспех был покрыт кислотными разводами. Неподалеку лежал зверски искромсанный «Майлз», под сорванной синтеплотью бегали цепочки электрических разрядов. Увидев разорванные фрагменты второго андроида и обугленные следы на скалах, я понял, что синтетик подорвал себя, пытаясь задержать натиск тварей.