Раньше я никогда не сомневалась в собственной привлекательности. Несмотря на то, что именно Макс стал моим первым мужчиной, парней, ухаживающих за мной, было много. И отношений у меня было много, просто до близости не доходило никогда. Я кайфовала именно от периода знакомства, ухаживаний, свиданий. Легкого и беззаботного общения, когда ты просто узнаешь интересного тебе человека, словно погружаясь в него. Но вся эта невесомость и легкость прекращалась, когда парни начинали слишком быстро пытаться перейти на «новый уровень», которого я искренне побаивалась.

С Максимом же все было иначе. Он долго даже не пытался ухаживать за мной. Мы просто постоянно переписывались, гуляли, общались и говорили. Долго. Много и обо всем. Мне казалось, что мы стали с ним друзьями. А потом мы внезапно поняли, что чувствуем друг к другу нечто большее, чем дружеская симпатия, и решили, что стоит попробовать отношения. И мы т-а-ак попробовали, что меньше чем через два месяца мой тест на беременность пестрил двумя яркими полосками.

Да, до моей беременности у нас с Максимом совершенно не было проблем с интимом. И я никогда не нуждалась в использовании каких-то там намеков. Макс и так всегда меня желал. Уже потом были беременность и перинатолог, долго запрещавший нам вести половую жизнь. Я надеялась наверстать все после родов, но как-то не срослось. Слишком сильно я уставала и слишком часто отталкивала Макса.

Неужели именно из-за этого он настолько остыл? И что мне делать теперь? Как правильно предлагать себя мужчине? И вообще, есть ли в этом деле какие-то правила?"

"Несвоевременно в голову приходит совершенно неуместный в этот момент вопрос. А как отреагировал бы Степан? Понял бы он мой молчаливый посыл? А заметил бы он смену цвета моих волос?

— Я не о двери, Макс. Посмотри на меня.

Свет горит ярко. Ну как можно не заметить? Я теперь светлее на несколько тонов, но Максим лишь внимательно оглядывает меня, все ещё ничего не понимая, а затем приближается, прижимает к себе и громко целует в щеку. Совершенно не романтично.

Становится горько. А желание и дальше предлагать себя мужу испаряется. Не будет никакого картинного падения халата к ногам. Я даже полы того самого халата сдвигаю сильнее и тут же затягиваю поясок.

— Какой тоненький халатик. Рискуешь, малыш, — усмехается Макс, замечая мои манипуляции, а затем печально стонет: — Устал как вол. Мыться и спать.

— А ужин? Я сделала бефстроганов с пюре.

— Убери в холодильник, — Макс натянуто улыбается, — я в офисе поужинал.

На этих словах Максим меня отпускает и уходит в душ. А в мои мысли возвращается образ смеющегося Степана. А ещё искры в мужских глазах. Искры, вспыхивающие в них при взгляде на меня.