Личных связей с «бандой четырех» не имел. Мы только критик али «каппутистов». Одного этого недостаточно, чтобы подвергать человека гонениям. Может, кто-то оговорил меня?

Цяо Гуанпу, глядя на взволнованно жестикулирующего палочками для еды Си Ванбэя, холодно усмехнулся. «Вот и ты познал вкус незаслуженной обиды, — подумал он. — А давно ли сам подвергал гонениям других но состряпанным наветам?»

Си Ванбэй догадался, о чем подумал Цяо Гуанпу, и умолк. Неожиданно он поднял глаза.

— Директор Цяо, я прошу перевести меня в цех, с понижением.

Цяо Гуанпу не ожидал такой просьбы. Те, кого называют «новоиспеченными ганьбу», обычно не желают идти на понижение, боясь, как бы люди не сказали, что их наказывают за связи с «бандой четырех». Си Ванбэй имел мужество сам попросить об этом. Цяо Гуанпу решил испытать нового родственника.

— Мне нравится твой подход к вопросу. Руководитель завоевывает авторитет не по приказу, а своим умом, опытом, деловыми качествами. Одни взлетают высоко на собственных крыльях, других выносит на волне времени. Надеюсь, ты не относишься ко вторым?

— Не берусь судить, благодаря чему я «взлетел». На заводе я работаю двадцать лет. Прошел путь от ученика до заместителя директора. Был и бригадиром, и начальником цеха. Сейчас меня называют «ганьбу-ракетой», потому, мол, что слишком быстро взлетел. А что плохого в ракете? Попробуй-ка без ракеты вывести спутник на орбиту. История знает много выдающихся деятелей, которые, подобно ракете, стремительно поднимались вверх. Я не переоцениваю себя. Но и умалять своих достоинств не хочу. Да, я сейчас сознательно прошу о понижении. Я не карьерист и не из тех, кого обуяла жажда власти.

Разговор получился принципиальным и явился как бы продолжением того, который состоялся между Цяо Гуанпу и его недавними гостями. Старики сетовали, что директор несправедливо зажимает их, а молодые упрекают в излишней приверженности старому. Тун Чжэнь боялась, что страсти накалятся и застольная беседа превратится в ссору, и поэтому всячески пыталась отвлечь мужчин, предлагая то одно, то другое блюдо. Но Цяо Гуанпу и не собирался ссориться, напротив — слова Си Ванбэя заставили его задуматься. А тот, затронув волновавшую его тему, никак не мог остановиться.

— Когда наконец мы выработаем четкую политическую линию? Культурная революция единым махом сбросила старых ганьбу и проложила дорогу новым. Нынче в Китае, с одной стороны, разглагольствуют о необходимости извлечь уроки из прошлого, а с другой — готовы валить всех новых ганьбу в один котел. Конечно, есть среди них сторонники «банды четырех», но много ли? Каждая политическая кампания начинается с чистки кадров. Как видно, лучше всего тем, кто живет незаметно, не проявляет политическую активность.