Уж не потерял ли ты вместе с кончиком языка и партийность? Куда подевалась твоя принципиальность? Где жизнелюбие, честность?

И в эту минуту, заглянув в глубину глаз своего друга, Ши Гань словно бы увидел в них собственное отражение — такое ничтожное, маленькое и трусливое, что все в нем сжалось от страха за себя. Он не хотел даже самому себе признаться в этом страхе.

Цяо Гуанпу, вдруг обмякнув, отпустил Ши Ганя и немного насмешливо обронил:

— Право, смешно. Я не о тебе, а вообще… Сейчас, как никогда, нужны люди, которые повели бы массы за собой. Главная цель «четырех модернизаций» определена, путь расчищен. А в какую позу встали ответственные работники? В большинстве своем прикидываются, будто ничего не видят и не слышат, и каждый норовит увильнуть от порученного дела. Да есть ли в них чувство партийного долга? Я всего лишь боец. Мне приказали — я иду выполнять. Так должно быть у всех, а на меня иные смотрят как на какого-то выскочку. Наверное, считают меня дураком."

"Ши Ганя передернуло от этих слов, словно упрек был брошен непосредственно ему. А Цяо Гуанпу произнес почти вкрадчиво:

— Я тебя очень прошу пойти со мной. Не захочешь — так и знай, потащу на аркане.

— Эх, Долговязый… — Ши Гань вздохнул. Как бывало в прежние времена, он назвал своего друга ласковым прозвищем, и от этого на сердце у Цяо Гуанпу стало теплей. — Ладно, я согласен. Только смотри потом сам не пожалей, что уговорил меня. А потому давай сразу же договоримся: как только я тебе надоем, ты меня отпускаешь обратно в трудовую школу. Идет?

Когда они вернулись в конференц-зал, члены парткома приняли резолюцию.

— Товарищ Цяо приступит к работе завтра, — обратился к Ши Ганю начальник управления, — а ты — через пару деньков. А пока отдохни немного. Если нездоровится, сходи к доктору, подлечись.

Ши Гань кивнул на прощанье головой и молча покинул зал.

— А сейчас продолжим обсуждение кадрового вопроса, — сказал Хо Дадао. — Нам еще предстоит решить, кто займет должность Цяо Гуанпу. — Он обвел взглядом членов парткома. — Есть у вас какие-нибудь кандидатуры?

Собравшиеся исподлобья посматривали друг на друга. Они знали натуру своего начальника: если прямо сейчас в открытую не назовешь имя человека, которого считаешь достойным занять пост управляющего компании, то потом, один на один, он ни за что не захочет обсуждать этот вопрос.

Первым решился Сюй Цзиньтин:

— Я предлагаю кандидатуру Цзи Шэня, нынешнего директора завода тяжелого энергооборудования. Он жалуется на здоровье, хочет занять спокойную должность в компании.

Члены парткома, перебивая друг друга, стали предлагать своих людей.

— До каких пор в вопросах партийных кадров мы будем заниматься протекционизмом? — наконец не выдержал Хо Дадао.