Заметив мое присутствие, он на минуту оторвался от беседы со штурманом, — Впереди циклон. Приказа менять курс, у нас нет. Да и не убежать нам от него. Так что, лезем прямо на грозовой фронт. Ты пойди, пусть твои проверять крепления контейнеров, да задрайку люков…. Будет знатная пляска….

— Так значит это еще цветочки?! — скатываюсь по трапу в «низы». — Алла! Егорыча, Петровича — бегом проверить крепления контейнеров, что разболталось — подтянуть….

Врываюсь в выгородку… — Василий Иванович, на шторм идем, бога ради, пошли своих старшин проверить затяжку кабельных муфт…, может, где что ослабло…, не дай бог хоть один контакт «уйдет»…. Кстати, как там у вас?

— Пока норма, поле немного уплотнилось, и потребление энергии поднялось процентов на пять, а так все хорошо, все хорошо…. А ребят я сейчас пошлю, не беспокойся.

А на палубе ветер порывами поет свою заунывную песню и несет мельчайшую водяную пыль, кажется пополам с солью и йодом…. Разом потемнело как ночью, ветер, на ногах не устоять…, куда там редкие подмосковные бури, что деревья ломают и провода ЛЭП гнут. А шторм заходит к нам не прямо с носа, а как бы не с южного траверза. Молния в полнеба и… батюшки-светы… поле наше видно невооруженным глазом, нежным таким розовым светом…. Светящаяся такая огромная пилоточка, накинутая на корабли…, а передняя кромка жгутом вытягивается в сторону «глаза бури». Несмотря на качку бегом, прыгая через две ступеньки, буквально скатываюсь в трюм. По дороге меня пару раз чувствительно приложило об ограждения трапа. В след мне, из открытого люка, секущие струи ливня и розблески молний. А на сервере творится непойми, что…. Степанов сидит весь бледный. — Тимохин! Ты где ходил? Тут хрен знает что творится!"

"Гляжу, аналайзер рисует не пойми что, накопители энергии то опустошаются, то наполняются до упора…, прочие показатели гуляют как хотят и куда хотят…. Дизель-генераторы воют на форсаже….

— Вырубай! — ору я Степанову, вцепившись рукой в спинку его кресла, палуба под ногами пляшет как взбесившаяся, — вырубай на хрен, а то я за этого гада не отвечаю!

— Не могу без приказа! — Степанов резко мотает головой, — Будет приказ, только тогда….

Хватаю телефон, — Павел Павлович, из-за этой грозы оборудование может выйти из строя, прошу разрешения на отк… — в этот момент по кораблю, будто бы врезали огромным молотом…. Вспышка и искры в глазах, потом темнота…. Ничего не чувствую и не вижу в первый момент. Рывком приходит зрение, правда еще не сфокусированное, а затем боль во всем теле. Вот, зрение улучшается, как будто кто резкость наводит. Слышен противный вой пожарной сирены и запах паленой изоляции. Хватаю закрепленный на стене огнетушитель.