Неужели Сандро все-таки разыграл свою карту. Предупреждал всех, предупреждал, а когда его слушать не стали, взял и приготовил козырь в рукав. И сейчас бросил его на стол?! Сильный ход!

Алексеев снова сунул письмо Макарова в карман, — Значит так, господин контр-адмирал, быстро найдите мне очевидцев всех сегодняшних событий, только тех, что сами, что-то видели, а не только слышали от кого-то. Опросите команды купцов, которых привели с собой эти «вспомогательные крейсера», может, всплывут какие интересные факты, И найдите мне среди пленных макак кого-нибудь, кто бы хоть немного говорил по-русски.

Хочу послушать, их мнение, как они дошли до жизни такой. И передайте на «Баян», чтоб высылали катер, если гора не идет к Магомету, то Магомет сам пойдет к горе. А Мы пока подождем в здании вокзала.

— Ваше высокопревосходительство, в штаб доставлен лейтенант с «Цесаревича», находившийся в момент боя на наблюдательном посту на Золотой горе. Ему, наверное, было видно лучше всех….

— Давайте его сюда, нет лучше сразу на «Баян»… побеседовать с ним можно и в пути. И туда же кого еже успеете найти из очевидцев…

— Ваше высокопревосходительство, куда? — опешил от неожиданности контр-адмирал Молас.

— Вслед за вице-адмиралом Макаровым и таинственными вспомогательными крейсерами на острова Эллиота. Слишком серьезное это дело и название «вспомогательный крейсер», для кораблей, которые, вдвоем и не напрягаясь, потопили целую броненосную эскадру, мне кажется просто издевательским. И еще, я просто обязан телеграфировать об этом случае Государю Императору, но как это делать, если я не увижу все своими глазами. И, кроме того — подумал Алексеев, такие новости вызывают ливень наград и монарших милостей и надо успеть пробиться поближе к центру событий.

Американцы они там или нет, но наместник чувствовал, что при надлежащей подготовке знакомство с этими людьми может принести ему в будущем большие политические дивиденды. Они же фактически выиграли войну, хотя может быть, сами этого до сих пор не осознают. Наместник никогда не катался по морю на гавайских досках, но что такое «оседлать волну» он чувствовал интуитивно.

Час спустя, броненосный крейсер «Баян», отчаянно дымя всеми четырьмя трубами, двинулся на восток в сторону островов Элиот.

Кочегары в поте лица скармливали раскаленным топкам одну тонну угля за другой, наместник не собирался плестись по морю экономическим ходом. А внизу, в адмиральской каюте, Наместник Алексеев заворожено выслушивал фантастический рассказ флотского лейтенанта о сверхскорострельных и сверхточных пушках и сверхметких самодвижущихся минах. Те рассказы, что неделю назад, или даже вчера, в обычной обстановке, вызвали бы усмешку, теперь воспринимались совсем по другому.