А поскольку таковых мест тут не одно и даже не два, то и работа эта весьма далека от завершения. Но так или иначе а на несколько километров в глубь леса народ уже забурился. Что уже само по себе немалое достижение, учитывая состояние здешних лесов. Ибо, судя по их заброшенности, ничем, кроме выпаса своего стада, обитатели поселения не занимались. В смысле никакого иного хозяйства не вели. Даже дрова начали рубить относительно недавно, учитывая следы от порубок. В глубь леса никто явно не залезал, подчищали то, что лежало или пока ещё стояло поблизости. Надо полагать, пищу они раньше не в печах и не на кострах готовили.

Мишка возмущённо фыркает и пожимает плечами, выражая недоумение.

– Мы в своё время выпасали таких вот подземных «гномов» – они в лесном бункере под Шатоем обосновались. Так там даже погадить народ за полверсты отбегал, чтобы никаких привязок к базе не оставить! Объедки в ручей спускали – почти за километр от схрона. А уж про то, чтобы в печи огонь разжечь… мы их так ни разу по дыму и не унюхали! Еле нашли… Здешние супротив тех – вообще дети неразумные!

Да уж, дети… дети цивилизации, мать их!

Надо полагать, до недавнего времени местный народ вообще никак не чесался на эту и ей подобные темы.

Небось, ещё и горячей водой умывались. Угу, пока работали дизель-генераторы. Поди, наивно полагали, что запасы топлива тут бесконечные или близкие к таковым. Вот и работали электрообогреватели и электроплиты. И тут всё кончилось! А по уже укоренившейся лени никто далеко в лес заходить не стал – брали то, что рядом лежит. Вопросами маскировки, как я понимаю, здесь вообще никто не озаботился. А зачем? Нет же никого рядом! Представить же себе тот факт, что когда-нибудь из кустов выглянут бинокли незваных гостей, по-видимому, оказалось выше умственных способностей некоторых «товарищей». Да и то сказать, не проявлял же никто интереса к этой общине уже несколько лет? Так, с какого же бодуна, придут именно сейчас? Ну, придут и что увидят? Домики, коров на лугу и всё. Ничего необычного.

Вообразить же визит столь въедливых и недоверчивых наблюдателей тут явно никто не мог. А зря. Караульная служба тем и сильна, что никогда ничего на веру не принимает. Сказано – проверять всё! Всё и проверят.

Смотреть туда и делать то-то и то-то? Будем смотреть и делать. И ещё много чего, на первый взгляд непонятного и ненужного. С точки зрения Устава гарнизонной и караульной службы, нет никаких знакомых и друзей, не существует проверенных мест и хорошо изученных явлений – всё, как в первый день и в первый раз. И именно поэтому частенько напарываются на патрули и секреты вражеские диверсанты и прочие неприятные товарищи.

Но здешний главный караульщик явно не при СССР службу начинал.