По идее, к нему даже врача приведут, чтобы сразу не подох.

А вот место, где Лер очнулся, было странным. Пыльным, холодным. Но хорошо, что имелись окна, пусть и довольно высоко, под самым потолком.

По ощущениям Грек понял, что его впихнули в хозяйственные постройки. Возможно, бывшая конюшня. По крайней мере, высокие потолки и характерный запах присутствовали. Не подвал – уже плюс. Отсюда будет легче свалить, так подумал Грек.

Прикрыв глаза, вновь провалился в полуобморочное состояние. Среагировал на лязг металла. Массивная перегородка открылась, а Лер поморщился.

– Очнулась, спящая красавица? – ехидно поинтересовался Шакал.

Подонок стоял, возвышаясь над лежавшим на грязном полу Греком. Присел на корточки так, чтобы быть на одном уровне с противником. А за спиной Шакала стеной выстроилась охрана.

Грек тоже постарался выпрямиться и сесть ровнее. Выходило плохо. Рука обессиленно повисла, голова кружилась, а вся рубашка и куртка пропитались кровью.

В руке у Шакала мелькнул пистолет. Лер узнал бы свой именной «ствол» даже с закрытыми глазами. О Греке говорили разное, но все знали, как трепетно он относится к своему оружию. Потому что только оно не единожды спасало ему жизнь.

– Твоя игрушка? – усмехнулся Шакал. – Как думаешь, будет забавным, если ты сдохнешь от своей же пушки?"

"– Думаю, что Фил не одобрит, если ты грохнешь меня без его разрешения, – усмехнулся Лер, не сводя презрительного взгляда с лица врага. – А еще думаю, что ты не посмеешь ослушаться хозяина, Шакал.

Мужчины сверлили друг друга убийственно-ледяными взглядами. Лер понимал, что Шакал может психануть, позволить ярости взять верх над рассудком. Но с другой стороны, Шакал был верным псом Филиппова. А значит, не посмеет пойти против хозяина.

Ствол пистолета взметнулся вверх. Шакал все еще усмехался, когда его палец лег на курок.

Грек вздернул брови.

– Да у тебя, погляжу, яйца имеются, – усмехнулся Грек.

Шакал, прищурившись, смотрел на истекающего кровью врага. Надо же, сдох почти, едва языком ворочает, а все равно дерзит.

Падла!

Шакал все же позволил гневу победить. Александр всегда был вспыльчивым. Иногда у него не очень получалось контролировать себя и свои поступки. Мог забить человека голыми руками за мелкую провинность. Фил его за это и держал так близко к себе. В любой организации должен быть свой собственный палач, способный действовать по приказу и идти до конца.

Шаканов был именно палачом. Более того, Шакал знал, что и сам Лер Адамиди имеет подобную славу.

Два палача, безжалостных и изощренных, сейчас оказались нос к носу.

– Пошел ты! – процедил Шакал.

Всего мгновение оставалось до оглушающего хлопка, пронзившего воздух.

Шакал уже видел, как во лбу Грека появится аккуратное отверстие, а мозг превратится в кашу.