Первый раз избежала встречи. И второй раз тоже. А вот третий, видно проклятый- не удалось. Подозреваю шеф специально меня не ввёл в курс дела, что «гениальный» приедет к вечеру. Я, ничего не подозревающая, спокойно сидела и читала сводку новостей, когда в холле послышался знакомый голос. Я напряглась, прям вся: от сжатой в руке компьютерной мыши до филея. Попыталась скрыться за портьерой, потом вспомнила, что у нас тут жалюзи. В нерешительности дёрнулась в кабинете шефа, но смекнула, что не под столом же у него отсиживаться.

Точно! Под столом!

Я радостно отодвинула свой стул и полезла вниз.

Только сейчас оценив глухие торцы. Это поистине божественное изобретение. Поместилась почти вся. Ужалась до размеров ассистентки фокусника, что сидит в чёрном ящике: колени подпирали подбородок, голова таранила столешницу, но сцепив зубы, я напоминала себе, что со Спиридоновым больше никаких дел иметь не буду. На другую сторону дороги перейду, перепрыгну в соседний трамвай и гадить на одном поле не стану.

— Алиса, — начал шеф, открывая дверь из холла в приемную, — принеси-ка…

Тут последовала немая картина. Ну я так думаю, мне ж не видно.

— Куда, это егоза успела убежать? — сам у себя спросил начальник.

— А ваш секретарь вообще работает? — знакомый голос с пренебрежением достойным королевской особы, а не местечкового писателя. — Как не приду, вечно ее нет на рабочем месте.

— Да тут она, — запальчиво заверил Виталий Андреевич. А я подтянула колени ещё ближе, нервничая, как бы действительно не стать обнаруженной. — Вещи-то тут… Ну что мы встали, идем в кабинет…

Через двадцать минут я посчитала, что моя поясница достаточно настрадалась, а мужчины прилично увлеклись разговором.

Выползая из-под стола пришло страшное понимание, что ноги затекли в неудобном положении. Встав на коленки, я задом пятилась из своего укрытия, намереваясь переждать пришествие «таланта» в кухне. Но ретроградный Меркурий подложил дохлую свинью, луна поменяла орбиту, а я согрешила где-то. Почти выкарабкавшись, я услышала, как дверь начальственного кабинета открылась и спустя томительное молчание, которое я пережидала так же, в позе радикулитной пенсионерки, собирающей мелочь, прозвучало насмешливое:

— Хотя, если ваш секретарь таким образом встречает гостей, ничего удивительного, что ей некогда работать.

Я гневно обернулась на Спиридонова, который стоял в дверях и рассматривал мой филей, туго обтянутый офисными брюками, а если учесть, что пятая точка только только показалась из-за стола, вид там действительно был загляденье.

— Кофе принеси, — глумливо растянулся в ухмылке Вася. Я не удержалась и показала оттопыренный палец закрывшейся двери.

Пока варила напиток, все думала, а не сцедить ли в чашку поэта немного яда.