Первым делом он обыскал письменный стол Николаса, но ничего не нашел. «Черт, должно быть, он уже отнес документы в банк. Вот как он мне доверяет!» Следующим объектом стал гардероб. Одежды в нем было немного. Кит посмотрел на выцветшую военную форму, закрыл шкаф и вернулся к себе. Он чувствовал, что нервы на пределе. Нужно успокоиться. Кита затрясло от желания выпить, но он взял себя в руки, развесил одежду, уселся за стол, взял колоду карт и принялся тасовать.

В тот вечер Кит уговорил Руперта пойти в «Будлз». Ему хотелось попрактиковаться в карточных трюках перед встречей с Джереми Итоном, назначенной на вторник.

С самого начала стало понятно, что фортуна не повернулась к нему лицом. К одиннадцати он потерял почти все свои деньги, выигранные на скачках в Эпсоме. Руперт с тревогой наблюдал за другом.

– Послушай, может быть, хватит на сегодня? Не могу смотреть, как твои денежки утекают сквозь пальцы!

Несмотря на ранний час, Кит согласился уехать домой.

На Беркли-стрит Николас и Александра стояли перед зеркалом. Алекс была высокой, но все равно едва доставала Нику до подбородка. Его сильные мускулистые руки обнимали ее сзади.

Алекс прикрыла глаза и загадала желание – чтобы они всегда были так же счастливы, как сейчас.

В этот вечер она надела новое бледно-зеленое платье, и они пообедали, сидя в креслах за маленьким столиком. Однако к десерту Ник не выдержал.

– Ты сегодня прекрасна! – произнес Ник, сгорая от желания прикоснуться к ней.

Он сгреб ее в охапку и поставил перед зеркалом.

Его глаза затуманились от желания. Он раздел ее и буквально пожирал взглядом. Сердце ее гулко забилось в груди, по телу прокатилась горячая волна.

Он накрыл ее груди ладонями.

– Я хочу, чтобы ты увидела, как я занимаюсь с тобой любовью. Чтобы ты увидела, как ты красива.

Алекс с замиранием сердца смотрела, как он опускается перед ней на колени, прижимаясь губами к золотистым кудряшкам. Пальцы сжали ее округлости, язык проник в потаенное местечко в поисках заветного бутончика. Она запустила пальцы в черные кудри. Его язык проникал все глубже и глубже, поднимая ее на вершину блаженства. Она впилась ногтями в его плечи и поймала в зеркале свое отражение. Ник сказал правду! В этот момент она была восхитительно красива – голова запрокинута, золотистые локоны спутались, в зеленых глазах полыхает страсть, пухлые губы шепчут его имя: «Николас!»

Он подхватил ее на руки, отнес на кровать и разделся, не отрывая от нее взгляда.

Затем положил ее на бок, лег сзади, взял в ладони ее груди и вошел в нее. Перевернул ее на живот, встал на колени, дожидаясь, пока она привыкнет к новой позиции и прочувствует всю ее прелесть. Медленно, осторожно, он начал движения, постепенно набирая темп и доводя и ее, и себя до исступления.