Я многому у него еще не научилась.

— А вы не думали о том, чтобы выйти замуж? — вдруг спрашивает мужчина, а я поднимаю взгляд от букетика, который теребила неосознанно в руках, на него.

— А у вас по этому поводу есть конструктивные предложения? — я смотрю на мужчину и изо всех сил стараюсь, чтобы у меня во взгляде не промелькнула надежда.

— Не понял, — мужчина даже заморгал от неожиданного вопроса. Или он под дурака косит, или он реально не понял слова “конструктивные”.

— Я говорю: вы мне что-то предложить хотите? — и я бровки домиком, дескать, жду.

— Я хотел… — и мы оба поворачиваемся ко входу в палатку, так как там слышен шум, словно слон влез в посудную лавку.

— Антонио, я же просила отправить ко мне эту девчонку, — в палатку бесцеремонно вваливается леди Фрия. Она похожа на черта, вылезшего из банки сметаны, а потом решившего пролезть через печную трубу. Вся в болтушках и притирках, что я сделала несколько часов назад, а сверху припорошена тонким, а местами и не очень тонким слоем то ли пепла, то ли пыли, то ли золы. У меня брови не то что домиком встали от удивления, они у меня грозили спрятаться на лбу, в волосах.

— Леди Фрия, что с вами случилось? — глава Тайного отдела рванул было к ней, но женщина махнула повелительно рукой, и мужчина замер."

"— Ты! — и дамочка тычет в меня пальцем, другой рукой подбоченившись. Халат, в который была завернута фаворитка короля, тоже был испачкан непонятно чем и местами приклеился к телу, не давая простора для фантазии. — Ты специально это все сделала?

— Что сделала? — я решила уточнить, а то мало ли. Мне чужие прегрешения приписывают.

— Обмазала нас какой-то ерундой, — и женщина показывает на себя руками. — Я поскользнулась и упала. И на твое счастье, костер был потушен, и я всего лишь испачкалась.

— Простите, а вы что, ступни мазали? — Антонио удивлен не меньше меня. Только он повыше меня по статусу, поэтому он решился задать этот вопрос, а я вот — нет.

— Конечно! — даже удивилась фаворитка. — Все, как эта девка сказала! — и женщина снова обвиняюще тычет в меня пальцем, а у меня снова брови поползли на лоб. Я вообще-то никому ничего не говорила. Я сказала Антонио, а уж он, в свою очередь, передал королю и этой истеричке. А уж какими словами он передал, мне не известно.

— Это я передавал вам инструкции об использовании, но я ни слова не говорил о том, что нужно обработать ступни, — возражает леди Фрие глава Тайного отдела.

— Ты сказал обработать пораженные места, так ведь?! — фаворитка возмущена тем, что мужчина заступается за меня.

— Так. Но мы е с вами взрослые люди и понимаем, что если обмазать ступни жирной сметаной и сливками, то можно упасть, — не признает свою вину Антонио, пытаясь воззвать к логике женщины.