Чтобы я тут начала причитать, типа ничего страшного, я всю жизнь мечтала, чтобы меня притащили неизвестно куда и неизвестно зачем, чтоб переодели в платье и дали умыться в тазу. Прям предел мечтаний любой девицы. Увидев, что его лыба на меня не подействовала, на лице красавчика появилась озадаченное выражение.

— Не то слово, — я недовольно поджала губы и строго посмотрела на мужчину.

— А где же сам лекарь господин Камнене? — снизошел до конструктивной беседы глава чего-то там. Я, к сожалению, его должность так и не запомнила.

— Еще вчера уехал в воспитательный дом госпожи Беатрис и до момента, когда меня украли ваши люди, так и не вернулся, — я намеренно сделала упор на слове “украли”, потому что выглядело это именно так. Я там даже двери не закрыла в лавку, и вряд ли эти два головореза озаботились этим.

— Ну зачем же сразу бросаться такими громкими словами? — попытка приструнить меня не увенчалась успехом. Я еще выше задрала голову и спину выпрямила, словно у меня там кол был, а еще зло уставилась на мужчину.

— А кем вы приходитесь господину Камнене? — мужчина явно не на чай старика позвал. Ему что-то от него было нужно. И, судя по хитрому прищуру, это что-то он намерен получить от меня.

— Числюсь как ученица, — специально сделала оговорку, что числюсь, чтоб потом претензий не было. Быть исполосованной, с поломанными ногами, как дядюшка Поль, у меня нет никакого желания.

— Ученица? — мужчина даже повернулся всем телом в мою сторону. Его явно эта новость удивила. — Это ваши родители так избавились от нелюбимой дочери?"

"— Я сирота, — слова про нелюбимую дочь зацепили. — Воспитанница матушки Беатрис, она и выступила в качестве опекуна для заключения контракта на обучение.

— Хм, — мужчина задумчиво смотрел на меня. — И большой у вас долг перед матушкой Беатрис? — вот же прощелыга! Сразу понял, где слабое место.

— Приличный, — так и хотелось сказать: а тебе-то что за дело? Мой же долг, не твой.

— Тогда у меня есть к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться, — я подозрительно посмотрела на красавчика. Интуиция подсказывала мне, что меня сейчас впутывают в очень нехорошие вещи, но и деньги мне не помешают. Нет, я не жадная, но быть в пожизненной кабале не очень-то приятно. Поэтому, вздохнув и набравшись решимости, кивнула.

— И что я должна делать? — решила, что если предложит что-то непотребное, то пошлю его на исконно русском разговорном мате, и пусть потом думает, что я ему сказала.

— Ничего особенного, просто быть моей личной служанкой ближайшие пару месяцев и помочь разобраться со всем, что происходит во дворце, — озвучил довольно размытое предложение глава тайного отдела, имени которого я до сих пор так и не узнала.