К Гхирху все, Тимир прав: он не в департаменте, а в кругу друзей, и ночь только началась.

Клеменс, оживившись, радостно выдвинулся вперед.

— Так ты поклоняешься Ирате? Может, еще и жрицей себя считаешь? Какая удачная встреча. Это ведь ты волей своей богини даришь желающим любовь прекрасных дев? Вечную.

— Упаси Солнцеликий! Так долго нам не надо, — опять вмешался Курт. — А вот на ночь — самое то. Хотя... Вечная любовь на ночь. М-м-м... От такого никто не отказался бы. Верно я говорю?

— Еще бы...

— Показывай своих красавиц. Где они прячутся?

— Да где им прятаться? Тут только пыль и камни, — подхватили веселые пьяные голоса.

— . Каждому богиня позволяет увидеть то, что он достоин видеть. Кому-то храм, кому-то лишь камни, а кое-кому — судьбу.

Нищенка по-птичьи склонила голову набок и неожиданно обвела собравшихся насмешливым взглядом.

— Значит, вы ищете истинную любовь, добрые господа? Хм… Когда-то подобных вам было много, нескончаемой вереницей они шли и шли сюда в поисках счастья. А сейчас все забыли… Боятся любить, смеются над чувствами, даже в этом ищут выгоду. Что ж.... Ирата милостива и ни одну просьбу не оставляет без ответа.

Если вы, конечно, готовы платить за свой выбор.

— Всегда готовы, — Теренс подмигнул женщине и, достав, из кармана увесистый кошель с золотом, бросил к ее ногам. — Здесь больше, чем ты могла рассчитывать. Надеюсь, хватит на любовь по самому высшему разряду?

— И сдачи не надо, — осклабился Курт.

— Точно! Пусть за эти деньги Алистеру что-нибудь особенное подыщет. Сегодня его праздник, — поддержал кто-то, и все наперебой бросились упражняться в остроумии:

— Вечную любовь на сдачу...

— Избранницу со скидкой…

— Ал, кого предпочитаешь? Блондинку? Брюнетку? Рыжую? Уверен, у здешней «богини» все девочки хороши.

— Жрица, что молчишь? Если угодишь, все твое.

— Угодить нетрудно, лишь бы потом не пожалеть, — задумчиво протянула старуха. И резко выпрямилась. — Пора. Каждый получит то, что заслужил.

Она замолчала, и тучи раздвинулись, открывая темно-синее, усыпанное звездами небо и полную луну, — словно только и ждали этого сигнала. А женщина развернулась и скрылась в храме, жестом предложив следовать за ней.

Как бы ни был Алистер пьян, а выработанная годами профессиональная осторожность брала свое.

Интуиция вопила, предупреждая о возможных неприятностях, а он привык ей доверять.

— Ал, иди, — Тимир дружески хлопнул его по спине. — И хватит во всем искать подвох. Это приказ.

Остальные поддержали, призывая не портить игру. И он шагнул вперед, через узкий провал, заменявший давно исчезнувшую дверь. За ним, громко переговариваясь и посмеиваясь, последовали предвкушающие веселье друзья.

В помещении тускло горели светильники, позволяя оглядеться.

Полуразрушенный зал.