– Но мне в этих признаках непонятно главное. Не сильна в юриспруденции, но, насколько понимаю, вы пытаетесь доказать мне, что я, входя в состав организованной преступной группы, проникла на завод в Павловске, откуда и вынесла четыре автобусных двигателя на общую сумму, превышающую крупный размер? Не советую вам больше есть местные беляши, господин… Кстати, а кто вы такой?

Я баба, и я делаю на это скидку. Поэтому иногда бываю невыносимо тупа, хоть и главбух. Спросить человека, кто он такой, после трех часов откровений – это у меня бывает, бывает… Не в бухгалтерской деятельности, конечно, бывает, а в жизни, но эта ошибка позволила мне понять простую вещь. Со мной сейчас разговаривают именно на тему моей служебной деятельности. Поэтому, мисс Рапкунайте, нужно сосредоточиться и больше не ошибаться!

Фамилия толстяка, как и должность, была подходящая – Ползунов. Рожденный ползать везде пролезет. Непреложная истина. И старший оперуполномоченный отдела по борьбе с экономическими преступлениями продолжал капать в кипящий разговор масло.

– Увольте! – возразил он, поняв, что напугать меня, как глупую бабу, не получается. Дав обратный ход, стал заползать с другой стороны. – Кто же вас обвиняет в краже в Павловске? Другое дело, что кто-то двигатели, как вы сказали, – выносил, а кто-то – продавал. И все знали, что делали. Вот я о чем говорю! Как еще можно простыми словами объяснить выражение «организованная группа»? А то, что это вы, да на своей спине тащили двигатели, Лариса Инваровна… Мне даже в голову такое не могло прийти…

Я все поняла так отчетливо, что по моей натруженной спине куда-то вниз заторопился холодный уж. Что там делает в этих случаях Гена Горецкий?

– Я не знаю, что вам в голову приходило и что оттуда выходило, только уверена в одном. Горецкий сказал – оформи сделку. Я оформила. Кто и на чьей спине выносил этот предмет сделки, я тоже не знаю. Скажу больше. Я не хочу знать. Все.

Как-то раз мы ехали с Горецким на его «Паджеро» и встали на светофоре. Мое пассажирское сиденье было слева, слева же притормозил джип «Террано», и на меня уставился наглым взглядом какой-то круглоголовый юнец. Горецкий некоторое время выжидал, потом, когда понял, что мне это неприятно, склонился над моими коленями и рявкнул прямо в рожу братку:

– Че?!!

– Ниче, – ответил тот.

– Ну и все!

Тема была исчерпана, для продолжения разговора не было никаких оснований, и придурок отвернулся. Умеет Гена тему закрывать, умеет. А у меня, как ни старалась, получилось как-то длинно и замысловато. Настолько замысловато, что при желании за эти замысловатости можно зацепиться и разговор продолжить.