"

"С такими мыслями Марина вошла в приемную главного редактора газеты. Подброшенная папка с бумагами лежала в ее сумке.

Бойкая секретарша Марта Пешкова, ровесница Марины, сидела на краешке стола и, глядясь в маленькое зеркальце, красила губы. Из ее всклокоченных кудрей торчала пара карандашей.

– Маринка, привет! – улыбнулась она. – Отлично выглядишь!

– Спасибо! – Марина шутливо взяла под козырек. – Ты сегодня тоже сногсшибательна!

– Стараюсь! – глядя на свое отражение в зеркале, Марта послала воздушный поцелуй самой себе. – Хорошая девочка!

– Виктор Васильевич у себя?

– У себя! – Марта взмахнула тюбиком с помадой. – Отдохнувший, загорелый, бодрый и готовый приступить к работе. У него сейчас сидит Марат Закревский…

– Ну, это я переживу, – сказала Марина и толкнула дверь кабинета.

Главному редактору «Полуночного экспресса» недавно исполнилось сорок. Крепкий и крупный мужчина, но при этом живой, подвижный, очень энергичный, он обладал незаурядной смекалкой и потрясающим чувством юмора. Правда за гардеробом своим он совершенно не следил – все его вещи выглядели так, словно он в них спал.

– Легостаева! – воскликнул Виктор Васильевич. – Заходи, заходи! Как же я соскучился по твоим выходкам!

Он стащил с себя мятый пиджак и швырнул его в кресло, стоящее у окна.

– Что у тебя на этот раз?! Опять влезла в неприятности? Дай угадаю… Втянула всю редакцию в очередное судебное разбирательство?

– Вовсе нет, – шутливо запротестовала Марина. – Еще только собираюсь!

Марат Закревский, сидевший на диване у стены, улыбнулся. Он был старше Марины лет на пятнадцать. Высокий брюнет с длинными волосами и козлиной бородкой. Марат считался самым работоспособным журналистом редакции. Все самые громкие материалы принадлежали его перу. Марина завидовала ему белой завистью и мечтала написать такую статью, чтобы сам Закревский удивился. И вот наконец подвернулась подходящая тема, поэтому делами «Экстрополиса» она собиралась заниматься сама.

– Виктор Васильевич, мы можем поговорить? – серьезно спросила Марина. – У меня настоящая бомба. Только говорить будем наедине, – добавила она, покосившись на Марата.

Закревский все понял и поднялся с дивана.

– Все равно мне уже пора, – сообщил он. – Так что шушукайтесь на здоровье!

Он мимоходом ласково потрепал Марину по спине, а затем скрылся за дверью. И тут же любезно защебетал с Мартой.

Виктор Васильевич сел за свой стол и подпер голову руками. Это была его любимая поза. Дескать, внимательно вас слушаю.

– Ну, что у тебя, рыба моя золотая? – спросил он.

Марина молча положила перед ним папку Винника и раскрыла ее. Затем начала раскладывать на столе фотографии и документы.

Увидев первый же снимок, редактор переменился в лице.