За ней послышалось, как копы приказали журналистке с оператором уйти.

Я прислонился к двери и медленно сполз вниз, плюхнувшись на попу. Обхватив согнутые колени, я в отчаянии взялся за голову.

– Великолепно.

Я нервно дышал, не обращая внимания на Фэллон, которая стояла как вкопанная на том самом месте, куда я ее толкнул.

Уверен, мое лицо пылало. Давно я так глупо себя не чувствовал. Почему я всегда недооценивал Патрисию?

– О господи, – оглушенный произошедшим, наконец заговорил я.

– Что за бред. Моя мать – сумасшедшая.

– Наоборот, она умна, – спокойно ответил я. – Мы только что попали в новости и унизили отца.

Она понурила голову. Затем подошла ко мне и села рядом.

– Мэдок, прости меня. Я запаниковала.

Я обнял ее за плечи.

– Все нормально. Зато нам больше не нужно бояться родителей.

Все – абсолютно все – будут знать, что мы поженились, прежде чем ляжем спать. Начнутся бессчетные СМС и звонки от родственников и друзей, жаждущих узнать, что происходит.

– Откуда они узнали, что мы здесь? – спросила она.

– Я зарегистрировался под своим именем, – из этих слов было непонятно, насколько мне стыдно. – Так что, если твоя мать узнала, что мы не в колледже, ей не составило труда найти нас.

Фэллон выдохнула.

– Это выйдет в одиннадцатичасовых новостях.

– И появится в Интернете минут через пять. Электронные СМИ сейчас вынуждены соревноваться в скорости с социальными сетями, сама знаешь. Так что они не станут терять время.

Я сидел и молчал, пытаясь отойти от шока и понять, как действовать дальше.

– Посмотри на меня, – настойчиво попросила Фэллон.

Я взглянул на нее и тут же утонул в омуте ее зеленых глаз.

– Нам нельзя оставаться здесь, – заявила она. – Куда нам теперь ехать?

Прислонившись головой к двери, я облизнул губы и задумался.

Мы с Фэллон не сделали ничего плохого. Так что нет смысла убегать и прятаться, чтобы устроить себе медовый мини-месяц, как и начинать семейную жизнь в страхе разгневать родителей. Если мы хотим, чтобы нас уважали как взрослых людей, нужно взять все в свои руки.

Я встал и помог подняться Фэллон.

– Домой, – сказал я. – Мы едем домой.

Мы подъехали к дому около десяти вечера. На черном как смоль небе сияли звезды, а хвойные деревья, что высадила Эдди, чтобы в саду круглый год оставалась зелень, покачивались на ветру.

Копы вернулись к нам в комнату, чтобы задать оставшиеся вопросы.

Да, мы с Фэллон поженились. Вот подписанное разрешение.

Нет, я ее не похищал, разумеется. Видите? Никаких синяков, и она улыбается.

Да, я угрожал мачехе, и тут пошло в ход упоминание об отце. Вы не тронете меня, потому что я – Мэдок Карутерс.

А теперь, пожалуйста, уходите. У нас медовый месяц.

Они ушли. Мы приняли душ, привели себя в порядок и доехали до Шелберн-Фоллз примерно за час.