Почему она не могла убирать ваш кабинет одновременно с другими, по соседству?

– Потому что мои записи сугубо конфиденциальны. И мне не хотелось, чтобы посторонний человек оставался здесь без присмотра.

Макгрейви взглянул на сержанта, чтобы убедиться, что тот все записывает. Удовлетворенный увиденным, он вновь повернулся к Джаду.

– Когда мы вошли в приемную, дверь оказалась открытой. Не взломанной, а открытой. Джад промолчал.

– Вы сейчас сказали, – продолжал детектив, – что ключи от этого замка были только у вас и у Кэрол. Ключ Кэрол находится у нас. Подумайте, доктор Стивенс.

– Ни у кого.

– Тогда как, по вашему мнению, они проникли в приемную?

Тут Джада осенило:

– Они сняли слепок с ключа Кэрол, когда убили ее.

– Возможно, – согласился Макгрейви. Слабая улыбка появилась у него на губах. – Если они сделали слепок, мы найдем на ключе следы парафина. Я пошлю его в лабораторию.

Джад кивнул. Он чувствовал себя победителем, но, к сожалению, оставался им очень недолго.

– Итак, – подытожил Макгрейви, – мы пришли к выводу, что двое мужчин – сделаем допущение, что женщины в этом не замешаны, – сделали копию ключа, чтобы проникнуть в ваш кабинет и убить вас.

– Правильно.

– Вы сказали, что, пройдя из приемной в кабинет, заперли за собой дверь. Так?

– Да.

– Но когда мы вошли, эта дверь оказалась открытой.

– Значит, у них был ключ и от нее.

– Тогда почему, отперев дверь, они не убили вас?

– Я же говорил. Они услышали голоса на пленке и…

– Двое убийц, – перебил его Макгрейви, – не поленились отключить электроэнергию, загнали вас в кабинет, пришли в приемную, а затем исчезли, не тронув ни волоска на вашей голове? – В его голосе звучало презрение.

Джад почувствовал, как в нем закипает злость.

– На что вы намекаете?

– Для вас я объясню поподробнее. Я не думаю, что сюда кто-то приходил, и не верю, что вас пытались убить."

"– Вы можете не верить мне, – сердито заметил Джад. – Ну, а насчет света? И где ночной сторож Байглоу?

– Он в вестибюле.

– Мертвый? – испугался Джад.

– Когда он открывал нам дверь, я этого не заметил. На распределительном щите сгорела изоляция одного из проводов. Байглоу спускался в подвал, чтобы устранить неисправность. Он как раз закончил перед нашим приездом.

Джад остолбенел.

– О, – все, что удалось ему сказать.

– Я не знаю, чего вы добиваетесь, доктор Стивенс, – продолжал Макгрейви, – но с сегодняшнего дня не участвую в ваших играх. – Он повернулся к двери. – И, пожалуйста, сделайте одолжение, не звоните мне. При необходимости я сам вас найду.

Сержант захлопнул блокнот и последовал за детективом. Действие виски прекратилось. Эйфория уступила место глубокой депрессии. Что делать дальше? Казалось, он попал в лабиринт, из которого нет выхода.