Но я был вовсе не уверен, что у меня получится спасти девушку и вообще пробраться внутрь. Потому как приблизившись, понял, что люди просто-напросто стояли и смотрели на огонь, потому что в дом было уже не пробраться. Все постройки были деревянными и вспыхивали как спички. Я забрался внутрь через окно, на которое указала Маша и сразу же заметил на полу человека. Его практически не было видно, но я надеялся, что это была Аня. Смог ударил в лицо, а огонь во всю бушевал в соседней комнате. Прикрыв рот рукой, я подтащил тело девушки за ноги к себе и взял на руки. Крыша могла обрушиться в любую секунду и я сильно рисковал своей жизнью, но не мог иначе.

Перед глазами стояло заплаканное лицо Маши и я не хотел, чтобы девочка потеряла единственного близкого человека. Знал как это больно и не желал для неё подобной участи. Ни для нее, ни для Ани.

Кто-то из мужчин, которых в посёлке осталось, как я понял не очень много, подбежал и помог принять Аню из окна. Огонь отрезал любые другие способы выбраться наружу. Девушка не отзывалась ни на прикосновения, ни подавала признаков жизни, словно тряпичная кукла спустила голову набок. Меня едва не пришибло горящей балкой и я почти ничего не видел сквозь ядовитый дым, лёгкие выжигало и меня душило смогом.

Даже если в доме кто-то остался, огонь охватил слишком большой участок и я навряд ли продержусь долго, а тем более, проберусь куда-то дальше этой комнаты. Плечи обожгло огнем, я вылез через окно, возвращаясь к испуганной девочке. Неизвестно что ещё с Аней и удастся ли спасти ей жизнь. Я хотел надеяться на лучшее…

— Боже, погорели… давно пора уже. Вон они как пили. Даже девчонок не жалели… Сиротки теперь и то, если старшая выжила… А приезжий, гляньте-ка, в огонь полез, не побоялся…

Я поднял голову на зевак.

Люди больше переживали, чтобы приехала пожарная машина, чтобы потушить огонь, нежели о том остался кто-то ещё в горящем доме или нет. Причитали, что дома кругом деревянные и лес — вот он, рукой подать, все могли остаться без жилья и крышей над головой. Вспыхнет хоть одно дерево и погорит все за считанные минуты, весь посёлок выжжет целиком, если пожарки не приедут с минуты на минуты.

Я склонился над Аней, проверяя дышит она или нет. Трогал девушку за шею, искал пульс, но ничего не находил.

Ее руки, по-видимому, сильно пострадали, одежда и лицо чёрное и в саже. Я открыл ей рот и сделал искусственное дыхание. Массаж сердца и снова вдох. Жилка на шее слабо пульсировала… Видел перед собой Машино бледное лицо и готов был в прямом и переносном смысле вдохнуть в ее сестру жизнь, словно от этого зависела и жизнь Маши. И в целом так оно и было. Кому ещё останется нужен этот несчастный ребёнок?

Аня задышала, но в себя не пришла, я стянул с Маши одеяло и укрыл девушку. Теперь оставалось ждать скорую.