Поэтому я не стала закрывать плотно форточку на ночь в нашей комнате с Машей, чтобы когда этот дикарь придёт, не скребся сильно и нас не будил.

Я всегда спала очень чутко, иной раз слышу малейший шорох и тут же вскакиваю с постели. Но сегодня мне просто не спалось. Мысли крутились разные в голове, я даже если закрою глаза и не стану ни о чем думать, не усну. Машка лежала у меня под боком свернувшись калачиком. Мне было приятно и тепло рядом с ней, спокойно. В целом как и девочке. И иной раз я ловила себя на мысли что больше жалею ее и люблю как мать, а не как сестра.

Думаю в первую очередь о ней, вкусняшки ношу с работы. А она всегда отплачивает мне благодарностью и слушается беспрекословно не потому что я ее старшая сестра, а потому что чувствует что ближе нее у меня никого нет, видит что стараюсь ради нас обеих и единственное о чем жалею, что она умна не по годам. Рано жизнь плохую узнала. Ее бы в платьица красивые одевать и в куклы с ней играть… а она, как я возвращалась из школы, хвостиком за мной ходила, да на родителей алкашей вечно ругающихся смотрела. Вот и вся забава…

Из родительской комнаты вдруг ощутимо повеяло дымом.

Я даже не сразу поняла что случилась беда. Так боялась пожара что когда поняла, что это дом загорелся, то впала в ступор и тело сковал ледяной страх. Мысли беспорядочно забегали в голове — что делать? Будить Машу хватать документы и деньги! Бежать к родителям! Но я совсем не уверена, что успею их обоих спасти. Ибо видела и хорошо помнила как горели два года назад соседские дома. Словно вспыхнувшие спички догорали в секунду и превращались в чёрные обуглившиеся черепушки и пеплом опадали на землю.

— Маша! — громко крикнула я, спрыгивая с дивана.

В первом выдвижном ящике письменного стола лежали мои документы и свидетельство о рождении Маши, там же лежали небольшие сбережения. Я завернула сонную девочку в одеяло, открыла окно, всунула ей документы и деньги в руки, подсадила, чтобы она смогла выбраться наружу.

От страха Маша вся позеленела, заикалась и не могла вымолвить и слова, со слезами на глазах смотрела на меня, что я остаюсь в доме и мотала головой из стороны в сторону. Кричала мне что без меня никуда не пойдёт. А тем временем белые клубы едкого дыма пробирались в нашу комнату сквозь маленькую щель.

Дым резал глаза от него першило в горле и хотелось без конца кашлять.

— Иди, я попробую разбудить их, — с нажимом попросила я. — Скоро вернусь. Иди! Я вернусь!

— Аня, пожалуйста, не надо! Не оставляй меня, — громко кричала Маша.

Всхлипывая девчушка спрыгнула на землю и отошла от окна, а я больше не могла терять ни секунды. Как бы там ни было, но родителей не выбирают. И я не оставлю тех умирать. Не хочу чтобы этот грех камнем висел на душе до конца моих дней.