Росио возвел глаза к потолку, а затем вывел на следующем листе имя очередного адепта из списка. Но мысли отчего-то вернулись к Марте. Девочка с магией Лассалей. Декан успел проглядеть родословную: прав у нее не меньше, чем у того же Адриана. А вот магия… с магией пока не ясно. От первого урока он ждал больше, тем более на этом полигоне.

Старик Лассаль помешан на силе магии. И теперь на первом курсе два его потомка, каждый из которых будет пытаться стать лучшим. Интересно, чем это закончится?

Вместе с мыслями о девушке внутри проснулась странная тревога. Вдоль позвоночника шел холодок, на границе сознания отдаленно звякнул колокольчик, предупреждающий об опасности.

Сначала Росио прикрыл глаза и прислушался. Но магия внутри оставалась неподвижной. Никакой опасности нет. Успокоить себя на этот раз оказалось сложнее. На границе слышимости как будто раздался странный звук.

Стараясь сделать голос равнодушным, декан начал:

– Кстати, проверь, что делает Марта. Я велел тебе приглядывать за ней.

Феликс проворчал:

– Да что она может делать в такой час? Твоя девица уже десятый сон видит.

– Она не моя, – резко ответил Росио.

 – И это приказ.

Фениксоид недовольно взмахнул крыльями и выплыл в окно. Легче не стало. Поэтому, скрипнув зубами, декан встал из-за стола и начал ходить из угла в угол кабинета. Что же сегодня не так?

Но заговорил его брат. Никола ткнул пальцем в грудь Адриана и предельно серьезно сообщил:

– Вы должны принести рабочий сюртук главного библиотекаря.

Кто-то хихикнул, а лицо парня вытянулось. Он явно предполагал, что ему достанется что-то более героическое. А местное чувство юмора мне нравится…

Старшекурсники ухмыльнулись, а Валентин добавил:

– Старик ночует рядом с библиотекой и спит очень чутко.

Это должно было нас устрашить, но мне стало еще смешнее. За свою жизнь я чего только не творила во дворце Правителей Севера. И была уверена, что справлюсь с любой задачей. Мой родственничек явно не мог похвастаться таким бурным детством, так что у меня есть фора.

Адриан заскрежетал зубами. Я же начала проникаться хулиганским духом местных традиций и почувствовала воодушевление. Неизвестно, правда, как поведут себя остальные… Особенно Симон, которого я про себя звала «Господин Заносчивость».

Надеюсь, быстро поймет, у кого больше жизненного опыта.

Валентин повернулся к нам и заговорил снова:

– А вам нужно будет принести камень из клетки льепхена.

– Кого? – озадаченно переспросила я.

– Льепхена, – терпеливо повторил старшекурсник.

Его брат понял по моему лицу, что я не понимаю, о чем они говорят, и терпеливо пояснил:

– Такая зубастая тварь, похожая на чешуйчатую собаку.

Теперь все как-то подозрительно смотрели на меня. Как будто ждали, что я откажусь.