Возможно, я с ней и не спал, и это был с ее стороны чистый шантаж. Я же вообще ничего не помню!

– А возможно, именно потому, что ты ничего не помнил и не соображал, ты с ней и переспал, – сделала заключение Вика.

– С этим, правда, ничего не понятно. Хоть убей, не знаю, что там было. И все же я склоняюсь к мнению, что она обычная шантажистка, которая просто воспользовалась моим беспамятным состоянием.

– А если нет?

– Даже если что-то и было, то ты меня уже простила. Утром, когда мы пили с этой Любой кофе, мне было жутко страшно. Я не знал, убит Юрка или нет. А когда я увидел, что Юрка убит не один, мне стало по-настоящему плохо. Ведь никто не заказывал эту девку! На кой черт ее-то было нужно убивать?"

"– А как бы Леся тогда выстрелила? Они же вдвоем в бассейне плавали.

– Могла бы выбрать более подходящий момент.

– А если его не было? – не соглашалась с Александром Виктория.

– Спряталась бы где-нибудь и выстрелила из такого места, чтобы остаться незамеченной. Убила бы Юрку, и все, а девка бы плавала дальше. Какой смысл ее убивать?

– Свидетельница.

– Да ладно. Много бы она там увидела…

– Значит, не было возможности сделать все по-другому.

– Я когда увидел убитую девку, сразу понял, что Юркину репутацию спасать надо. Два трупа – это слишком серьезно.

Александр почесал затылок и так нервно рассмеялся, что его смех был скорее похож на всхлипы.

– Саша, ты что?

– Да так. Знаешь, а я ведь этой идиотке Любе действительно труп в багажник положил, а она мне все уши протарахтела, что потеряла его. Как ты думаешь, зачем она это сделала?

– Не знаю, – пожала плечами Вика. – Ей же нужно было выбить у тебя помещение. Вот она и собрала все улики в одну кучу.

– Ты-то мне веришь, что я труп положил? Куда бы я его успел деть, ведь вскоре дом был полон ментов. Конечно, сам я его лучше бы спрятал, но на тот момент я ничего не соображал. Просто сунул труп в багажник, и она уехала. Да и плед тот мне тоже на фиг не нужен был. Я ведь когда к ней приехал, смотрю, девка не в себе. Сразу видно, что умом тронулась, метет что ни попадя. Придумала, что у нее труп пропал. Меня обвинять стала, окровавленным пледом передо мной трясти. Ну, думаю, дело плохо, диагноз у девки налицо – острая шизофрения. Я ей и предложил от пледа избавиться. Подумал, зачем оставлять лишние улики? Она с головой не дружит, еще отнесет плед участковому. Но она его мне не отдала, а себе на память оставила. Я уехал. Так она стала меня обвинять в том, что я сделал слепки ключей от ее квартиры и плед выкрал. Вика, посмотри на меня внимательно. Я похож на человека, который снимает слепки с ключей для того, чтобы в дальнейшем эту квартиру обворовать? Ну скажи, похож или нет?

– Нет, – сквозь слезы улыбнулась Вика.

– И я так думаю.