Всё это не афишировалось властями, но широко обсуждалось среди населения.

— Так, может, он действительно…

— Генерал уверен, что это инсценировка, так как начинал разработку муфтия и уверяет, что никаких подобных эпизодов слежкой зафиксировано не было. Несовершеннолетний юноша ни разу не попадал в поле зрения наружки. Кроме того, муфтий имел несколько молодых любовниц, с которыми вёл активную сексуальную жизнь. То есть был вполне сексуально традиционен.

— Что-то ещё?

— Да ещё один случай, связанный с тяжёлыми наркотиками, которые шли из Афганистана. Тогда это было экзотикой. Но этот конкретный трафик шёл в Москву. Нелегальный бизнес прикрывали военные. Местный КГБ сунулся к ним, но сотрудникам комитета популярно объяснили, что совать нос в чужие дела не следует. И подтвердили угрозы делом вплоть до того, что у кого-то слетели погоны. Местные чекисты отступили. Но скоро наркоцепочка распалась.

— По причине? Опять ДТП?

— Нет. Одна из партий героина оказалась такова, что в Москве умерло два десятка граждан, среди которых были дети генералитета, членов правительства и несколько известных артистов из тогдашней богемы. Генерал считает, что КГБ не стал бы травить детей высокопоставленных чиновников, опасаясь возможного следствия и последующих неизбежных оргвыводов. Да и кто бы им отдал на это приказ? Спустя три недели в Узбекистане погибли повязанные с трафиком наркоторговцы и пара военных чинов. Кто-то утонул, кто-то угорел, кто-то выпал из окна, у кого-то случился сердечный приступ. Несчастные случаи. Но все они случились примерно в одно время с людьми из одного преступного сообщества. В Республике все были уверены, что это месть. И много лет после этого с наркотиками никто не связывался. Слишком страшным был данный урок. Но дело даже не в этом. Генерал связал все события воедино и выстроил довольно убедительную цепочку. Это, конечно, не доказательство. Но заставляет задуматься. И есть ещё один любопытный штришок…

— Какой?

— Генерал рассказал, что встречался с одним из своих бывших коллег из Туркменистана и тот, в приватной беседе, вспомнил подобные случаи из своей практики, когда сложные ситуации, в которые местные комитетчики не совались, развязывались подобным надзаконным образом.

— Ты считаешь, что наш знакомец из этой Организации?

— Я даже не уверен, есть ли Организация.

— Но откуда-то он пришёл? И доказал свою состоятельность, покрошив твоих молодцов и организовав против меня покушение. Ведь если бы это была не демонстративная акция, то я бы сейчас с тобой тут не беседовал. Он — смог. А ты — не смог. Не смог меня защитить. Это что, не доказательство? А Регион, который он по винтику разобрал в одиночку… И заметь, без попрошайничества денег.