А потом так же резко поднимаюсь и иду на кухню, чтобы к приезду отца успеть приготовить ужин. Достаю из морозилки курицу, запекаю в электро-гриле овощи. Все происходит на автомате, поэтому я резко вздрагиваю, когда слышу посторонний шум в прихожей.

Фигура отца застывает в дверном проеме кухни. Уставшее лицо, глубокие морщины между бровей. Кажется, он порядком измотан проблемами на работе."

"— Сегодня к нам на ужин приедет Шон Картер, — произносит папа тихим голосом, и посуда в моих руках с грохотом падает на пол.

Две белоснежные тарелки, которые я приготовила для нас двоих разлетаются на осколки по кухне. Матерюсь про себя, ощущаю, как в крови буквально бурлит злость и раздражение. Ну почему он приезжает именно сегодня? Почему сразу после того, как все мои мысли заняты другим мужчиной, а губы до сих пор помнят приятные обжигающие поцелуи?

— Я заказал доставку еды, чтобы не облажаться перед важным гостем, Мия. Поэтому курицу и овощи прибереги назавтра, — удар ниже пояса по моим кулинарным способностям. — Главное, чтобы ты покорила своего будущего мужа. Привела себя в порядок, надела красивое платье, сделала макияж, и чтобы у вас с Шоном нашлись общие точки соприкосновения этим вечером. Ты просто представить себе не можешь, какое будущее рядом с ним тебе уготовано…

— Пап, не надо! Замолчи! — начинаю собирать осколки и выбрасываю их в урну. — Только не нужно сидеть словно надзиратель и контролировать каждое моё слово. Я этого не вынесу. Не торопи меня, прошу…

Отец берет меня за руку, толкает ногой осколки в сторону и усаживает за кухонный стол. Садится напротив, складывает руки в плотный замок и несколько минут молчит. А я смотрю на мраморную столешницу кухонного гарнитура, рассматриваю витиеватые узоры на ней, только бы не смотреть ему в глаза.

— Твою мать выдали за меня замуж, не спрашивая её разрешения. Я тоже тогда её мало знал. Просто однажды наши родители все решили за нас и даже не ставили перед выбором. И я безмерно рад, что твоя мать не сопротивлялась — наш брак был чудесным. Мы были словно двумя половинками одного целого — да ты и сама все видела…

В его серых глазах блестят слезы. Так происходит всегда, особенно в те моменты, когда он вспоминает о матери. Я касаюсь его теплой руки и успокаивающе сжимаю. Никогда не знала о деталях замужества матери с отцом и для меня было ценно, что папа делился со мной такими подробностями.

Автомобиль Шона Картера останавливается у нашего дома ровно в восемь вечера. К тому времени я нервно расхаживаю по комнате, надев на себя бежевое платье чуть выше колен с пышной юбкой и кружевным воротником. Волосы собраны в высокий хвост, а на лице совсем немного макияжа — самая малость, чтобы подчеркнуть линию скул и придать немного яркости губам.