Он не мог спокойно смотреть на неславянские лица. Бог мой, как он их всех ненавидел!

—  Сколько испытаний вам надо провести? — спросил собеседник.

—  Не больше трех, — ответил он, стараясь не выдать голосом, что внутри у него все кипит. — После каждого испытания — примерно две недели доводки, потом новое испытание, и так далее. Итого приблизительно шесть-семь недель. Многое зависит от подопытного материала, иногда не удается сразу набрать нужное количество.

—  Может быть, мы могли бы помочь? — спросил кавказец."

"—  Не нужно, — сухо отрезал он. — Прибор — это наша забота, а ваша забота — деньги. Готовьте оговоренную сумму, через полтора месяца прибор будет готов.

—  В какой банк мы должны перевести деньги?

—  Я предпочел бы наличными.

—  Но это намного сложнее, — возразил кавказец. — Везти такую сумму через зону военных действий… Риск большой.

—  Меня это не интересует, — холодно оборвал он. — Вы получаете прибор, а я — всю сумму наличными. Вы поняли меня? Всю. Сумму. Наличными, — раздельно повторил он.

—  Но почему? — не унимался кавказец. — Вам же потом трудно будет вывозить ее за рубеж. А так она будет лежать в швейцарском банке, вас дожидаться. Поди плохо?

—  Это не ваше дело, — зло ответил он. — Я не собираюсь за рубеж, и мне не нужен ваш сраный швейцарский банк. Мне нужны наличные здесь. Иначе вы не получаете прибор.

—  Что ж, сейчас вы диктуете свои условия, — вздохнул кавказец. — Российские войска еще долго будут находиться на нашей территории. Первый раунд мы проиграли, но второй хотим выиграть. И ради этого пойдем на все. Нам очень нужен ваш прибор, поэтому вы, конечно, получите свои деньги наличными.

—  Ну вот и славно, — миролюбиво улыбнулся он, с трудом сдерживая желание вцепиться собеседнику в глотку и задушить.

Глава 3

1

Миша Доценко сидел в кабинете Ольшанского и уже который час подряд работал с супругами Красниковыми, пытаясь помочь им вспомнить, не говорили ли они кому-нибудь о том, что сын Дима им не родной. Сам Константин Михайлович, уступив Михаилу свой стол, сидел в уголке и с интересом наблюдал, как мастерски молодой оперативник делал свое дело. Миша специально углубленно занимался проблемами памяти и мнемотехники и умел делать то, что в криминалистике называется «возбуждением ассоциативных связей». Иными словами, если человеку есть что вспомнить и нечего скрывать, то под чутким руководством старшего лейтенанта Доценко он обязательно вспомнит.

Ольга и Павел Красниковы в один голос твердили, что никогда… и ни за что… и никому… и так далее. Внезапно Миша изменил тактику.

—  Почему вы все время меня обманываете? — спросил он с невинным видом.

—  Мы?! — с возмущением воскликнули супруги.