Это знание становится вторичным, мелким, неважным. На первый план выходит главное. А что главное, Уул? Главное – это избавиться от боли! От страшной, невыносимой боли!

С этими словами палач воткнул еще одну иглу в грудь пленнику. И вновь тот смертельно раненной птицей бился в руках инквизиторов, мечтая провалиться в спасительное небытие, но иглы Мадэна не отключали разум, только волю, а яд паука кызэ сжигал душу.

– Зачем люди вернулись к Савангу? Зачем люди вернулись к Савангу? Зачем люди вернулись к Савангу?

Вопрос звучал вновь и вновь, и не было спасения от жуткой боли.

Уул сломался на третьей игле.

– Они хотят уничтожить свои механизмы! – закричал дрогл так громко, как только мог.

Он уже плохо понимал, что происходит, боялся лишь одного – нужных слов не услышат, и боль никогда не отступит.

Мадэн услышал.

– Люди сбросили десант? Для захвата орудий? – Он наклонился к рыдавшему гномику, желая узнать все до конца.

– Да! Да! Да! – Дрогл агонизировал оттого, что совершил предательство, но терпеть страшную пытку больше не мог.

Уул оказался перед выбором, на развилке двух дорог, каждая из которых несла ему и страдания, и унижение.

Но думать правильно он уже не был способен – мозг умирал быстрее тела, и несчастный выбрал ту дорогу, которая отодвигала боль, давала возможность встретить ее не сейчас, а потом, позже. Это все, о чем мог сейчас думать Уул.

«Десант!» Теперь на губах Мадэна блуждала зловещая улыбка, вертикальные зрачки сузились.

– Ну что ж, они пришли, – сказал командир спецназа, поглядев на своих солдат. – Охота начинается! Весах! Поднимай первый и второй взводы! Построение через пять минут! Я поведу, ты останешься за старшего! Следи за периметром со стороны болот, люди придут оттуда!

Подручный Мадэна мотнул головой и выскочил из камеры пыток – отдать необходимые распоряжения.

Несколькими резкими движениями палач выдернул длинные иглы из тела пленника. С губ Уула сорвался протяжный стон."

"– Вставай! – приказал Мадэн. – Вставай, сморчок болотный! Пойдешь с нами! Покажешь, где десант людей! Ну?! Мне долго повторять?!

Солдаты дернули вверх тряпичную куклу, крепко встряхнули. Уул с трудом открыл глаза. Теперь, когда из нервных центров вытащили иглы, стало чуть легче, но яд паука продолжал неспешную работу, а раны, нанесенные металлом, горели, причиняя страдания.

У дрогла уже не хватало воли, чтобы нейтрализовать боль.

– Вперед-вперед! – Один из спецназовцев ударил гнома прикладом молниемета, но не рассчитал: Уул просто рухнул на пол.

Дрогл и раньше-то не мог соперничать с людьми или фринами в физической мощи, а теперь, после пыток, еле шевелил ногами. Тело отказывалось подчиняться.

– Возьмите его! – приказал командир отряда спецназа.