Все знают, что ты дерзкая пигалица без тормозов.

– Так и есть! – я хищной пантерой подступила ближе, потянула к нему ладонь, а потом дернула коленкой и со всей дури влепила ему между ног. Билл простонал «Fuck!» и согнулся. – Прости-прости… Надеюсь, дети у тебя еще будут!"

"Мужчина замычал, а потом я заметила у него за пазухой пистолет. Выдернула из кобуры пушку и шваркнула охранника по затылку, отчего он рухнул на дорожку, как мешок с цементом. Придавил мне палец на ноге, громила! Больно же...

– Это было жестоко, знаю… – я проверила его пульс. Живой. Фух. Бросила рядом оружие и помчалась к ограждению. Через ворота не получится выбраться – там быстро поймают папины шавки, придется через забор лезть. Меня это не остановит! Моя невинность уроду-Прэскоту-противному не достанется! Выкуси, папочка!

Глава 5. ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дима

Ночь любви

Не знаю, как я дотерпел. В паху ныло и горело так, словно мне шестнадцать лет и я впервые пожамкал пупырышки под кофточкой у одноклассницы. Едва слез с мотоцикла, сразу закинул смеющуюся бабочку на плечо и, как есть, с расстёгнутой ширинкой и торчащим стенобитным орудием наперевес, потащил к себе. Благо, сейчас ночь, и я никого не встретил.

Квартирка у меня небольшая, но в благополучном районе. Всего две комнаты, зато есть камин и панорамное окно, у которого бабочка и зависла. Я же скинул с себя футболку и кожаные брюки и, как есть в костюме Адама, приблизился к ней со спины. Ещё раз поразился, что она практически запрыгнула на меня: маленькая, яркая и очень дерзкая бабочка!

Мои руки легли ей на грудь, слегка сжимая, и девушка застонала, приникла ко мне спиной, обхватила ладонью стоящий торчком член. Я сквозь ткань сжимал и слегка выкручивал тугие бутоны сосков, и бабочка извивалась, подставляясь под мои руки, ненасытно требуя ещё ласки. Словно она была ещё возбуждённее меня, и от осознания, что меня так страстно хочет эта малышка, сносило крышу.

Я запустил руку ей под юбку. Честно ожидал, что она ударит, отпрянет, одумается и попытается выскользнуть, но бабочка раздвинула ноги, чтобы мне было удобнее её ласкать. Ах, какие у неё маленькие аккуратные складочки внизу! И тугой бугорок возбуждённого клитора, который аж пульсирует под моими пальцами.

Так приятно ласкать, гладить её влажные от любовного сока лепестки! Я не удержался и, поднес руку к губам, облизал свои пальцы, провёл ими по её губам. Бабочка жадно обхватила мой палец и принялась посасывать.