Но внезапно огонек появился снова и Дэниел отпустил меня. Он выглядел так, словно ничего не произошло. Но я чувствовала, что было между нами в тот миг, нечто важное и безнадежно упущенное.

— Нужно идти, а то они скоро вернутся.

Серьезно сказал он.

43

Я тут же сделала шаг к загону."

"— Лисса, что ты делаешь? — недовольно прошипел он.

— Они точно что-то плохое замышляют, — ответила я, дотронувшись до предмета и сняв с него простынь на меня смотрела картина.

Дэниел оказался рядом и щелкнул пальцами, возле картины появился маленький огонек, и вокруг огонька, что-то сверкнуло.

Это выглядело по-другому, не так как в прошлый раз.

— Что это? — спросила я, Дэниел нахмурился, он неожиданно закашлял.

— Заклятье какое-то — ответил он. — Может чтобы вещь не портилась.

Пожал он плечами и чихнул.

— Эта картина настоящая.

Вопросов стало еще больше, чем было.

Дэниел опасливо оглядывался, огонек перекинулся от картины к двери. Дэниел же накинул обратно простынь.

— Лисса, уходим, — сказал он строго и пошел к выходу. Я быстрыми шагами побежала вслед за ним. Всю дорогу мы не шли, а бежали, я так тяжело дышала, что даже не могла сказать и слова.

Когда мы оказались в домике для прислуги, огонек и здесь пролетел далеко вперед. И только после этого Дэниел сказал:

— Пошли.

Так с нервами и бегом, мы добрались до нашей комнаты. И как только дверь была закрыта я запыхавшись спросила.

— Зачем они носят подделки и настоящие вещи?

— Думаю меняют настоящие вещи на подделки, — сказал он логичную вещь.

— Почему сейчас?

— А кто их знает? — пожал он плечами.

Дэниел без стеснений снял свитер и остался в одних штанах. Я настолько уже привыкла к тому что он обнажался, что это казалось чем-то естественным.

Больше меня удивило, что свитер он сложил и положил на стул.

Я кинула взгляд со стула на Дэниела, в глаза сразу бросились его накаченные руки, кубики на прессе и шея. Внезапно я поняла, что рассматриваю Дэниела, неприкрыто и подняв голову поняла, что мой сосед это заметил. Он сильно нахмурился, а я смутилась.

— Я пошел в уборную, а ты ложись спать, — сказал он как будто приказал и развернувшись ушел. Глупая Лисса, выставила себя идиоткой. Я зажмурила глаза, стараясь успокоиться.

И на что только Дэниел наделся, я ведь теперь точно не могу уснуть.

44

Утро было очень сложным, ведь вчера я ворочалась полночи в попытке уснуть. Дэниел долго мылся, потом вышел, лег, и я была уверена, что уснул.

Спать мне мешали собственные мысли. Никто не ходил и не звал меня. Собственная голова стала главным врагом.

Хорошо, что была уставшая, не будь я настолько вымотанной, вообще бы проворочалась всю ночь. Наверное, впервые за такое долгое время я вспомнила Вика хорошими словами.