Так нет же, ему досталась Лиза, которая ни в грош его не ставила; после семи лет беспрестанной вражды он от неё словил на конец, а потом, практически сразу, появилась Кей, которая присосалась к нему, как хищная голодная пиявка…

Но всё равно надо будет потом ей позвонить, чтобы только не возвращаться после таких испытаний в пустой дом. Он ей расскажет как на духу, какой стресс и ужас пережил на этих похоронах и как сожалел, что её не было рядом. Это, конечно, смягчит её обиду. Ему определённо не хотелось коротать вечер в одиночестве.

В двух рядах позади от него Колин Уолл тихо всхлипывал в мокрый носовой платок.

Тесса бережно положила руку ему на колено. Она думала о Барри: как он ей помогал приводить в чувство Колина, как они все вместе смеялись, как он поражал её своей душевной щедростью. Она не могла забыть, как он, приземистый, раскрасневшийся, учил Парминдер танцевать джайв, как смешно передразнивал Говарда Моллисона, задумавшего уничтожить Филдс, и насколько тактично советовал Колину не придавать значения подростковым закидонам Пупса и не искать в них преступного умысла."

"Тессе страшно было подумать, какие последствия будет иметь для сидящего рядом с ней человека потеря Барри Фейрбразера и как теперь закрывать зияющую брешь, которая образовалась с его внезапным уходом; её страшило, что Колин дал покойному невыполнимую клятву и до сих пор не понял, какую неприязнь испытывает к нему Мэри, — его постоянно тянуло с ней побеседовать.

А за всеми скорбными тревогами Тессу червячком подтачивало неотвязное и привычное беспокойство — Пупс: как бы он не взбрыкнул, как бы не сбежал перед поездкой на кладбище, а если сбежит (возможно, это было бы к лучшему), как выгородить его перед Колином.

— В завершение прощальной церемонии прозвучит песня, выбранная дочерьми Барри — Нив и Шивон: она много значила для них самих и для их отца, — объявил викарий.

Судя по его тону, он снял с себя ответственность за то, что должно было сейчас произойти.

Барабанная дробь вырвалась из замаскированных динамиков так резко, что прихожане вздрогнули. Громкий американский голос выводил «ах-ха, ах-ха», а потом вступил рэпер Джей-Зи:

Good girl gone bad —Take three —Action.No clouds in my storms…Let it rain, I hydroplane into fameComin’ down with the Dow Jones…Многие решили, что это досадная накладка; Говард и Ширли обменялись возмущёнными взглядами, но никто не подумал отключить звук или извиниться перед прихожанами.

А песню уже продолжил мощный чувственный женский голос:

Yo u had my heartAnd we’ll never be worlds apartMaybe in magazinesBut you’ll still be my star…[10]Все те же доверенные лица несли плетёный гроб к выходу; Мэри с детьми шла следом.

…Now that it’s raining more than everKnow that we’ll still have each otherYou can stand under my umbuh-rellaYou can stand under my umbuh-rella[11]Прихожане тоже потянулись к дверям, стараясь не пританцовывать.