Когда винтовая лестница закончилась, мы оказались перед массивной деревянной дверью, которую Ариэлла открыла обычным металлическим ключом. Я изумленно огляделась. Это была мастерская! Настоящая творческая мастерская с мольбертами, холстами, полками с красками и кистями. Ариэлла пригласила меня внутрь, и мы прошли к картине, что висела по центру. На ней была изображена кошка. Белая, с раздвоенным языком. Та самая. Из моего сна.

– Моя мама любила рисовать. Это её портрет. Удивительно, правда?

– Да, – ответила я, с интересом рассматривая каждый мазок. – Это действительно восхитительно.

Ваша мама была настоящим талантом.

И тут я осеклась, удивленно посмотрев на женщину.

– Но вы ведь имеете в виду не портрет, нарисованный ею, а именно её портрет во второй ипостаси?

– Здесь была её мастерская, – не ответив, сменила тему Ариэлла. – Я периодически захожу сюда, проверяю заклинания по консервации, смахиваю кое-где пыль и вспоминаю маму.

– Вы скучаете по ней?

– Эта рана давно зажила.

– Я вам напоминаю вашу маму? – спросила я.

Леди Ариэлла не торопилась отвечать, внимательно глядя на меня. Я смутилась под этим взглядом и, желая уйти от него подальше, прошла к столу, на котором лежали палитра и кисти в таком виде, будто их недавно использовали.

Здесь действительно царила идеальная чистота. Смерть жены Арвена была внезапной. К ней никто не мог подготовиться.

И всё было бы так, я бы действительно поверила, что палитра лежит давно, хоть и выглядит недавно использованной из-за магии консервации, но пейзаж на мольберте… незаконченная работа навела меня на другие мысли, потому что мне была знакома эта техника. У меня невольно вырвался вопрос:

– Тут кто-то работал в последнее время?

– Что? – отстраненно спросила Ариэлла, мотнув головой, и посмотрела на меня, нахмурившись.

Я же подошла к мольберту, на котором был прикреплен лист с начатым пейзажем. – А, ты про это. Иногда сюда заходит Нелон. Он замечательный художник, хотя скрывает свой талант. Я разрешила ему иногда посещать мастерскую. Какая разница, если она всё равно пустует. По крайней мере, я так думала.

Пока Ариэлла говорила, я внимательно изучала штрихи, технику, исполнение. Если бы не образование искусствоведа, я бы не обратила внимания, но… мне это было знакомо.

Я узнавала то, что видела.

Внезапно кусочки разбитого пазла сошлись воедино. Нет, этого не может быть… не может. Или все-таки?..

– Прости, мне пора. Надо срочно поговорить с лордом Арвеном. Можно я заберу этот рисунок?

– Но это Нелона… – запротестовала дочь Арвена. – Впрочем, бери. Ана, ты не хочешь увидеть портрет моей матери в настоящем облике?

– Потом, – мотнула я головой. – Всё потом.

Схватив рисунок, я бросилась на выход. Библиотека.