Он запрокидывает голову и начинает смеяться. Громко и заразительно. В уголках глаз появляются слезы, но он не успокаивается. Пилот, кстати, тоже подозрительно хрипит и кашляет, не очень удачно маскируя смех. А мне вообще не смешно. Потому что страшно.

— Ты фанат «Звездных войн»? — спрашивает муж, а я не могу выдавить ни слова, судорожно вцепившись в ручки кресла. Он наклоняет голову и напряженно всматривается в мое лицо.

— Ты раньше когда-нибудь летала на вертолете, Марта? — спрашивает, и я качаю головой, закусив губу. Давид подозрительно сглатывает, делает глубокий вдох и с шумом выдыхает: — Значит, это твой первый раз?

Хочется ответить как-нибудь остроумно или язвительно, но язык по-прежнему будто прилип к небу.

К счастью, до Данилевского доходит, что у меня отнялась речь.

— Моя жена боится, — поворачивается он к пилоту, — давай без акробатики.

И хоть мне по-прежнему страшно, вертолет дальше летит ровно, его только периодически совсем легонько потряхивает. Совсем скоро замечаю за окном зубчатые края башен.

— Это что? — обретаю я вновь способность говорить. — Это музей? Зачем вы меня сюда привезли?

— Это мой замок, Марта, — свысока смотрит на меня Данилевский, — и ты будешь здесь жить.

Мы высаживаемся на крыше, но она оборудована специальным пандусом для его кресла, и я уже не замираю с ужасом в ожидании, что в любую секунду могу сделаться вдовой.

Пилот заглушает двигатель, и Давид ведет меня к лифту. Ну хотя бы так, хотя бы лифт, а не винтовые каменные лестницы. Мы спускаемся вниз, где представляет меня своему управляющему и прислуге — поварам, садовнику и горничным.

Нестройным хором они меня приветствуют и поздравляют нас с бракосочетанием.

Чуть было не делаю книксен, спохватываюсь в последний момент.

— Они живут не в замке, — рассказывает мне муж, когда мы возвращаемся в лифт, — на территории для них построены домики. Так что старайся решить все вопросы с прислугой в течение их рабочего дня.

Давид провожает меня к моей комнате, но не прощается, въезжает следом. С тревогой на него посматриваю, одновременно разглядывая комнату.

Большая двухспальная кровать, все в мягких тонах, все как я люблю.

— Переоденься, сегодня был тяжелый день, — голос мужа звучит как будто с искренним сочувствием, — и дождись меня, я приму душ и вернусь.

Он выезжает из моей спальни, а я даже рот открываю. Естественно, речь у меня снова отнимается.

Я не ослышалась? Он собирается ночевать здесь?

Глава 10-1

Значит, так он выполняет договоренности? Значит, никто не собирался фиктивно жениться? Меня снова обманули!

Давид оплатил долги Азата, а тот и рад сбыть с рук бракованный товар. Интересно только, Данилевский в курсе, какая невеста ему досталась? Отчим не стал бы его обманывать, побоялся.