А память у лейтенанта отличная, и детали он подмечает превосходно. Раз уж он упомянул о голосе и манерах, значит, очень вероятно, когда-то сталкивался с этим человеком. Но если он не узнал лица, значит… Простейший вывод – «палач» замаскировался. Обычных людей сменой внешности можно обмануть, вот только мелочи вроде привычных жестов, оборотов речи, манеры двигаться подделать намного сложнее, чем нацепить чужую личину. Да и голос изменить не так-то просто. Очевидно, этот фальшивый «палач» предполагал, что такой маскировки будет достаточно для того, чтобы ввести в заблуждение охрану и Лауриня.

Илгона он явно не опасался, а поскольку маг легко бы различил, кто скрывается под иллюзорной маской, то, выходит, медик знал, с кем идет на это опасное дело. Вот бы его допросить! Но, как я уже сказала, возможности такой у меня не имелось…

– Похоже, вы имели удовольствие пообщаться с кем-то из приближенных Наора, – сообщила я притихшему лейтенанту. – Если не с ним самим. Но, все боги, известные и неизвестные, что же он хотел узнать?! Лауринь, на кой ему понадобилось ваше детство, что вы можете помнить?.

.

– Да в том-то и дело, что ничего, – удрученно ответил он. – Кажется, этот маг очень злился, потому что так и не заставил меня хоть что-то увидеть. Все было… как в тумане. Тени какие-то, голоса, и все. Я только отца увидел, а потом второй маг велел прекращать, пока они меня не угробили…

– Отца? – Я насторожилась. – Отца…

Лагарста охотился за Наором, это мы знали наверняка. Он знал, кто это, но ему не хватало доказательств… Возможно, с помощью напарника он сумел бы их раздобыть, но тут его отправили в ссылку, и Лагарста потерял возможность действовать свободно.

Правда, все равно не отступился, за что расплатилась вся его семья.

Я уже сделала вывод, что Наор прознал об интересе Лагарсты к своей персоне, потому и подставил его – чтобы избавиться от помехи. Они наверняка были знакомы, Лагарста знал его в лицо…

– Непонятно, – сказала я задумчиво. – Почему ему понадобилось именно ваше детство? Если он хотел убедиться, что Лагарста ничего не рассказал вам о своих делах, о Наоре, логичнее было бы обратиться к более поздним воспоминаниям, к тем, когда вы находились уже в сознательном возрасте.

– Может быть, он решил, что если б отец мне все рассказал, вы бы уже об этом знали? – предположил Лауринь, и я согласилась.

– Верно. Если бы я располагала теми же сведениями, что и ваш отец, я уже справилась бы с этой головоломкой… А поскольку я по-прежнему топчусь на месте, какой вывод может сделать Наор?

– Вы боитесь действовать, – сказал лейтенант, глядя на меня снизу вверх. – Хотя это на вас совсем не похоже.

– И снова правильно, – усмехнулась я.