– Я вздрагиваю, когда его рука находит мою. Его ладонь в два раза больше, и моя маленькая ладошка в ней утопает. Его тепло передается мне, верить в его слова очень хочется, но страх за дочь не отступает.

– Я надеюсь. Ее до сих пор не нашли, и телефон ее не отвечает, – всхлипываю я. –  Я не переживу, если с ней что-то случится. Она ведь все, что у меня есть.

– Мы уже почти на месте. Сейчас обо всем узнаем. Скорее всего, она просто не может в этом хаосе найти свой класс.

– Да, наверное,  так и есть, – всхлипываю и растираю по щекам слезы. Стараюсь дышать через нос, чтобы восстановить дыхание и успокоиться, но в этой ситуации ничего не помогает.

В последний раз я была так напугана, когда на четвертом месяце беременности после сдачи анализов мне сказали, что у плода есть генетические отклонения, и советовали прервать беременность.

Я тогда проревела весь день, а потом Макс, узнав обо всем, отвез меня в какую-то навороченную частную клинику, где я пересдала анализы. Оказалось, все в норме. Макс поднял шумиху, и, как выяснилось позже, лаборант просто-напросто по ошибке не там запятую в результатах поставила. Ее халатность могла стоить жизни моему маленькому комочку счастья.

Впереди показывается здание лицея. Две пожарные машины, полный двор людей. Из окон на верхних этажах валит дым, и мне становится плохо. Машина не успевает полностью остановиться, я открываю дверцу и выскакиваю из нее на ходу. Бегу к полицейским, которые тоже прибыли на вызов.

– Простите, девочка из первого «А», Самойлова Алиса. Учительница сообщила мне, что она не вышла вместе с классом, ее не нашли ее? – Хватаю мужчину за рукав и смотрю на него с надеждой.

– Сейчас уточню, успокойтесь, из пострадавших в пожаре первоклассников нет.

– Угу, я жду, я ей звонила, она трубку не берет, учительница сказала, что она на уроке в туалет отпросилась.

Полицейский кивает  и отходит к спасателям. Краем глаза замечаю, что и Руслан направляется в их сторону, о чем-то говорит, поглядывая в мою сторону. Потом мужчина отвлекается на рацию, снова говорит что-то Алмазову, и тот машет мне, чтобы подошла.

– Что случилось? Не молчи. – С трудом сглатываю вставший поперек горла ком.

– Нашли девочку на первом этаже, в кабинке туалета. Кажется, с ней все  в порядке, но пока точно не знают, Алиса это или нет, – сообщает мне Руслан с тревогой во взгляде.

Я напрягаюсь всем телом, с надеждой смотрю на распахнутую дверь лицея. Вокруг ничего не замечаю и даже не обращаю внимания, когда Руслан запахивает куртку у меня на груди и застегивает пуговицы.

– Мне не холодно, – говорю, когда он капюшон мне на голову натягивает.

Дыхание обрывается, когда мужчина в форме пожарного выходит из задымленного здания с маленькой девочкой на руках.

Я сразу же узнаю сапожки дочери.