Ценность такой девушки была в том, что она давали фактически неограниченный источник энергии для своего избранника, если это был чистокровный лирариец, способный раскрыть её потенциал и принять всю его мощь.

Когда такие девушки рождались и выявлялись, правящие семьи охраняли их как величайшее сокровище. Когда такие девушки вступали в детородный возраст, за ними начиналась натуральная охота.

Ввиду того, что это был исключительно ценный и редкий ресурс, найорик и воспринимали, как ресурс. Правила игры складывались тысячелетиями и в конце-концов воплотились в кодекс с жёстким и при этом гибким набором правил.

В основе кодекса лежал постулат: ценный и редкий ресурс должен достаться сильнейшему, то есть тому, кто сможет наилучшим образом им воспользоваться, а значит, это усилит всех лирарийцев.

При этом не важно, в чьей семье появилась найорика и в чью семью она ушла. Важны были две вещи. Первый — избранник найорики должен победить остальных претендентов — а вызов ему имел право бросить любой чистокровный лирариец.

И, второй — давший мне всё-таки надежду — найорика должна была принять своего дайо, только добровольный союз позволял раскрыться потенциалу найорики, стать Найо — женой для Дайо, мужчины, мужа.

С найо и дайо я разобралась не до конца. Как-то там у них было сложно, много условностей, когда дайо, когда найо.

Эль-дайо, например, назывались воины, которые отказались от интима с женщиной или андроидом, что-то типа земных монахов — это давало колоссальный прирост энергетики, очень мощные воины.

На этом моменте у меня голова распухла, Валэйрд прервал свой рассказ, поднял меня со стула и бережно привлёк меня к себе."

"— Много, да? — спросил он, беря мою руку и переплетая наши пальцы.

Он отвёл меня к дивану, сел и усадил меня к себе на колени. Заглянул в глаза.

— Очень, — пожаловалась я, уютно устраиваясь на нём, потирая виски и глаза, — это всё нужно осознать.

— Постепенно разберёшься, — улыбнулся Валэйрд, поглаживая меня по щеке. — Мне достаточно того, что ты выбрала меня. А я уж смогу защитить своё сокровище.

— Я твоё сокровище? — улыбнулась я.

— Если ты захочешь им остаться, — серьёзно и с каким-то напряжением в голосе сказал Валэйрд.

Вслед за ним напряглась и я.

— Валэйрд?.. — настороженно спросила я. — Что ты имеешь ввиду?

— Наша встреча произошла случайно, — осторожно сказал он. — Я буду готовить тебя к тому, чтобы ввести в семейный круг. Ты сказала, что хочешь быть моей. Что выбрала меня.

Я прерывисто вздохнула и нежно ему улыбнулась. Разве может быть кто-то для меня важнее, чем он? Разве может быть хоть один мужчина лучше его?

— Вард, я хочу быть твоей, — тихо и твёрдо сказала я, заглянув в его глаза. — Я… Если ты хочешь, конечно. Если ты…

Валэйрд строго глянул на меня.